Через наш полуостров прокладывались великие пути миграции человечества, один из них – «Шелковый», ведущий из экзотического Китая в Западную Европу. По этим этническим дорогам расходилась по свету и слава о плодоносных, магической красоты солнечных долинах и нагорьях полуденного полуострова. Гостеприимное, как его называли понтийские греки, море, сбегающие с холмов зеленые волны виноградников сливались в свежий, яркий образ крымской земли, на которой высоким искусством людей создаются тонкие, животворящие вина.
Промышленное винопроизводство на полуострове зарождалось в середине XIX века. Заметную лепту в изготовление виноградных вин и широкую торговлю ими наравне с предприятиями, расположенными вблизи черноморского побережья, внесло и симферопольское «Товарищество Г.Н.Христофоров и компания». В такие же октябрьские дни далекого 1853 года молодой купец Г.Христофоров заложил материальную базу ставшей одной из крупнейших в царской России виноторговой и винодельческой фирмы, опередив в своих спорых делах таких маститых современников, как граф Николай Шустов, основатели «Массандры» и «Нового Света», вписав славную страницу предпринимательства в винодельческую летопись Крыма, родного Симферополя.
Несмотря на тревожную для отечества пору – разгоралась Восточная (Крымская) война – размашистая оборотистая деятельность и дальновидные расчеты крымского купца не были остановлены ни трагической обороной Севастополя, ни нашествием вражеской союзной армии со стороны Евпатории, ни кровопролитными боями на реке Альме. Рассчитанный риск и хозяйская хватка Г.Христофорова заключались в том, что он купил у военного ведомства отрытые им в Симферополе на улице Салгирной погреба, оказавшиеся непригодными для хранения пороха и боеприпасов из-за высокого стояния грунтовых вод. Эти бросовые подземные сооружения сметливый купец умело приспособил для хранения и выдержки вина, начав свое высокоприбыльное дело не с винных, а буквально с пороховых бочек! Это событие образно отразил Василий Рыков, многие годы работавший главным инженером совхоза-завода «Судак», известный поэт:
Грунт сыроват для арсенала,
Хоть и в разгар идет война.
Казны потрачено немало,
Чтоб погреба отрыть сполна.
И величайшим приговором
Другая им дана судьба:
Купил провидец Христофоров
Пороховые погреба…
Купеческой смекалкой и предприимчивостью начатое дело успешно развивалось. В 1891 году вблизи обустроенных обширных винохранилищ была завершена постройка фундаментальных производственных помещений: доходного дома, главной конторы, заезжего двора. Эти добротные строения стойко выдержали трагические потрясения бурных лет ХХ века. Даже мощный взрыв, устроенный в 1994 году неизвестными негодяями в период разгула криминалитета, лишь обрушил арку центральных ворот главного корпуса, не повредив целостность исторического ансамбля, украшающего и сегодня угол улицы Киевской и проспекта Победы в Симферополе.
Виноторговля и винопроизводство велись Г.Христофоровым широко, с истовым размахом и весомой прибылью. Солидно и достойно, с соблюдением хрестоматийной купеческой чести, заключались многотысячные сделки в золотых царских рублях. Договаривались устно, обоюдное согласие сторон скреплялось пожатием рук в знак нерушимости данного слова.
Привезенные из-за рубежа и изготавливаемые на собственном производстве вина отличались широким ассортиментом и высоким качеством. Среди них были портвейн, церковное, кагор густой, мускат черный, лиссабонское, изабелла, захардинское опорто, мускатель старый, мадера, сотерн, токай, вяленое, шато-икем, рейн-вейн, мозель-вейн, пино, лафит, сыгылъ, бордо, венгерское, мерло, шабли, кипрское, мозель-блюмхен, херес…
Кстати, о хересе. Он отличался тонким сложением, жарким темпераментом и благородным букетом. Российское государство того времени было одним из крупнейших потребителей испанского хереса, украшавшего застолье очень состоятельных людей и богатой интеллигенции.
Вспомним, как восторженно и уважительно о нем отзывались М.Марк Валерий, В.Шекспир, А.Чехов, Ч.Диккенс, В.Крестовский, А.Апухтин… Только херес, обладающий элегантным выразительным вкусом и неподражаемым букетом с тонами поджаренных лесных орехов, может «похвастать» таким вниманием к себе классиков мировой литературы и исторических личностей разных эпох и стран.
В нем горечь миндаля и терпкий аромат
Дубовых плах, в нем зноем опаленность,
И хрупок он, как ранний виноград,
И крепок он, как поздняя влюбленность…
Так отозвался о гордом детище знойной Андалузии один из наших современников.
Неустанными стараниями маститого купца в Российской империи в самом начале ХХ века появилось под местным «этикетом» «Южнобережское крымское вино №37 херес. Фирма «Христофоров и компания», Симферополь, GRAND PRIX, PARIS, 1904-1905 гг.». Каким образом Г.Христофорову удалось добиться такого ошеломляющего триумфа, до сих пор остается необъяснимым. Оставим эту пикантную частность расторопной натуры удачливого предпринимателя вниманию ученых и удовлетворимся его умением тонко чувствовать конъюнктуру требовательного рынка, идти навстречу взыскательному вкусу просвещенных ценителей столь благородного вина.
Тщательный отбор южнобережных виноматериалов, безукоризненная культура производства, гарантия отменного качества были неизменным правилом христофоровской фирмы. Изготавливаемые и завозимые из Европы вина быстро приобретали широкую известность. На заре зарождения промышленного отечественного винопроизводства продукция купца Г.Христофорова заслужила наивысшие международные награды: более сотни золотых медалей, специальные ордена Италии, Бельгии, Франции, Гран при в Париже. «За натуральность вин фирме вручается» – таков был христофоровский фирменный слоган, неизменно публикуемый в местной газете «Салгир» тех времен. Там же, в разделе «Крымские южнобережские вина», сообщалось, что «выдающиеся по качеству вина десертные и столовые… обширного прейскуранта Товарищества (Г.Н.Христофорова) имеются в магазинах всех городов Российской империи». По-дружески проникновенно и предупредительно мягко напоминала реклама о том, что «Всегда, дома или в дороге, для себя или для гостей натуральные вина Г.Христофорова – чудные на вкус, совершенно натуральные, неизменные для здоровья». Востребованность виноградных вин была высокой: архивный документ свидетельствует, что христофоровские вина продавались в Севастополе, в Орле, в Харькове, в Киеве, в Одессе и, конечно же, в Симферополе. Здесь Г.Христофоров имел ренсковую (так тогда называли винную) торговлю на улице Салгирной. Сумма ее годового оборота составляла 12 тысяч рублей, причем, как свидетельствует архивный отчет, «размер прибыльности с одного рубля – 8%», то есть 8 копеек. И предприятие при таких доходах процветало! Сей факт говорит о весомости царского рубля и царской копейки, крепком финансовом фундаменте успешных коммерческих дел ушедшей эпохи. Неплохо бы задуматься над тем, что мы разрушили своим неистовым революционным гневом и что захватившие власть дали нам взамен сегодня…
Специализируя «Товарищество» на производстве и реализации виноградных натуральных вин, Г.Христофоров скопил немалый капитал, который к 1889 году составлял 500 тысяч золотых рублей. Располагая столь солидными средствами, нажитыми хозяйской сметкой и честным купеческим промыслом, Г.Христофоров не скупился на благотворительные траты. Документ конца XIX века «Ведомость о церкви» содержит сведения о том, что «во имя святого Александра Невского при Симферопольской мужской гимназии построена церковь почетным гражданином Георгием Николаевичем Христофоровым в 1880 году и освящена 19 февраля того же года» (к сожалению, до наших дней она не сохранилась). Были пожертвованы Христофоровым немалые деньги на строительство каменного моста через Салгир, соединившего старый Симферополь с его разростающейся правобережной частью. На его средства многие годы поддерживались гимназия и городская больница. Более сотни рабочих, мастеров, приказчиков на купеческое жалованье жили достойно и безбедно. И по сему случаю не худо бы задуматься над тем, каким образом и за счет кого в нашей стране с хилой экономикой, опутанной внешними долгами астрономических размеров, и нищающим населением множится число явных и тайных миллионеров, социальных мутантов, кичливо и откровенно выставляющих напоказ свое неправедное, бесполезное богатство? Что же касается Г.Христофорова, потомственного почетного гражданина Симферополя, то он не только наполнял государственную казну, но и ссужал немалые деньги на нужды города. За бескорыстные заслуги перед Симферополем и Отечеством был избран гласным (депутатом) Городской Думы, награжден орденом святого Владимира, другими государственными знаками отличия. По ходатайству местной интеллигенции и духовенства император Николай II в 1902 году присвоил Г.Христофорову титул дворянина. Это был крайне редкий случай «посвящения» представителя купечества в привилегированное сословие буржуазного общества.
После смерти Г.Христофорова оставленное им на подъеме дело успешно продолжили его три сына, сумевшие приумножить отцовский капитал: к 1914 году чистая прибыль «Товарищества» составляла более 100000 рублей.
Разрушительный 1917-й мало коснулся преуспевающего предприятия, но через два года, когда октябрьские вихри закружились и над Крымом, в хаосе братоубийственной гражданской войны производство было разрушено, большая часть вина разворована. Реввоенсовет установил строгий контроль за расходом остатков вина: председатель Совнаркома В.Ленин лично требовал жесткого учета крымских вин, телеграфом запрашивал об их наличии в христофоровских хранилищах. Это было вызвано необходимостью приобретать за рубежом хлеб и другое продовольствие в обмен на марочные местные вина. Что касается сыновей Г.Христофорова – Глеба, Георгия и Ксенофонта, то решением революционной власти они подлежали расстрелу как капиталисты, владельцы винзавода, торговых домов, другой недвижимости. Под угрозой неминуемой смерти и преследований многочисленное семейство и родственники Христофорова (всего 32 домочадца!) с большим риском добрались до Севастополя, с трудом попали на один из последних пароходов, отплывавших в Константинополь. Весь багаж, как и вещи других несчастных пассажиров, выбросили за борт, чтобы освободить место для все прибывавших беженцев. Оказавшись на чужбине без денег, имущества, не имея ни родственников, ни знакомых, Христофоровы долгие годы эмиграции переживали мучительную горечь материальной нужды и моральных потерь. Но фамильная предприимчивость и в этих, казалось бы, безысходных условиях спасла семейство именитого купца. Перебравшись из Турции в Грецию, освоившись в эмигрантской среде, сыновья занялись оптовой торговлей. Со временем Глеб отправил дочь Нину с младшей сестрой на обучение во французский монастырь на греческом острове Тинос. Там она освоила французский язык, спустя годы получила должность в местном университете, заслужила звание профессора.
Тем временем бывшее виноторговое и винодельческое хозяйство Христофорова переживало сложную судьбу. В 1921 году приказом Крымревкома винзавод был национализирован, включен в состав «Южсовхоза», затем «Крымвинтреста», других советских агропромышленных управленческих структур. Много было сделано полезных, замечательных дел несколькими поколениями руководителей, специалистов, рабочих, трудившихся на бывшем купеческом винпредприятии. Достаточно сказать, что его вина по распоряжению советского правительства в январе 1945 года были отправлены в Ливадию на историческую Ялтинскую конференцию к столу ее участников.
Вновь восставшее из руин после освобождения города в апреле 1944 года от немецко-фашистских оккупантов христофоровское наследие, приобретшее название Симферопольский экспериментальный винодельческий завод №1, превратилось в одно из ведущих крымских предприятий. Отличалось объемом выпуска широкого ассортимента виноградных вин, высокими стандартами качества, стало носителем многих славных традиций.
В период распада СССР – разрушения государственной производственно-сбытовой плановой системы, экономического и социального кризиса, чудовищной инфляции – коллектив винзавода, насчитывавший около 200 человек, сумел найти рациональную форму ведения своего крепкого, отлаженного производства. Его преобразовали в арендное предприятие с образным и памятным для всех крымчан названием «Dionis». В лихие девяностые годы, в разгул криминалитета и безвластия, фирма успешно работала, создала первые в винодельческой отрасли независимой Украины профессиональные службы маркетинга и рекламы, удерживала прочную репутацию устойчивого производителя и обязательного партнера. С конвейера сходили сотни тысяч бутылок столовых, крепких, десертных ординарных и марочных вин, уникальных «Черного доктора» и «Солнечной долины», новинок – фруктовой «Сангрии», крепкого «Боярского меда», бальзама. «Дионисовский» херес, особенно «Крепкий сухой», традиционно завоевывал высшие награды многочисленных международных выставок-конкурсов и дегустаций. Уникальность его вкуса и тонкость сложения отмечали известнейшие виноделы винопроизводящих стран Европы.
…В сентябре 1995 года по приглашению Федерации крымских греков в Симферополь приезжала 85-летняя внучка Г.Н.Христофорова – Нина Глебовна Запорожец. Она посетила АП «Dionis», с волнением и трепетным интересом осматривала хозяйство, некогда созданное ее трудолюбивым дедом. Выразила искреннее восхищение и благодарность всем, кто сохранил винодельческое наследие ее семьи, поведала немало интересного из эмигрантской жизни Христофоровых. Нина была замужем за офицером, ведущим свою родословную от фон Миниха, сподвижника Петра I. «Dionis» еще несколько лет стойко держался среди обломков разрушенной экономики страны. Однако в условиях острейшего дефицита и дороговизны виноматериалов и хищных наездов «предпринимателей» и «кураторов» всех мастей, среди которых были и известные в Крыму «авторитеты», фирма сдала свои позиции, лишилась классных специалистов, растеряла наработанные технологии, запасы ценнейших хересных виноматериалов.
…Старшее поколение симферопольцев, как и автор этих строк, имевший честь работать в девяностые годы на АП «Dionis» главным менеджером по маркетингу и public retations, хорошо помнят, как основательное, строгих архитектурных форм строение, расположенное на углу улицы Киевской и проспекта Победы, в обиходе называли «дом Христофорова». Сегодня это название затерялось, затертое суетой бестолкового бытия. А жаль. Нужно помнить все кровное, родное, трогательно близкое, что составляет основу духовной культуры, интеллигентности жителя каждого города, скромного поселка или села. Ведь именно в этих «мелочах» заключается чувство подлинного патриотизма, приверженности малой Родине, что бы там ни утверждали современные владельцы заморских вилл, феодальных поместий, купленных званий и шуршащих по асфальту иномарок. Манкурты никогда не делали историю, из ее памяти время выметает их существование, словно дорожную пыль. Что касается нашего земляка Георгия Николаевича Христофорова – купца, мецената, потомственного почетного гражданина Симферополя, то он оставил после прошествия более 150 лет добрый след в летописи города, как и в памяти уже немногочисленных потомков его коренных жителей.
Юрий Семенов.