Когда  поздним  осенним  вечером, переходящим  в  ночь, я вышел  из  дому, чтобы  пешком  добраться  до  аэропорта, еще  не  знал,  что  моя  очередная  поездка  будет  включать  в  себя  семь  стран  и  продлится  ровно  два  месяца – 60  нелегких  дней  азиатского  пилигримства.
Будучи, по-видимому, единственным  местным    среди  «иностранных»  граждан  Узбекистана, проходящих  таможню  в  международном  аэропорту  Симферополя, я  был  тщательно  обыскан  соотечественниками  в  погонах.  Провожали  с  «почестями», вызвали  даже  кинолога  с  собакой.  Весь  сыр-бор  начался  из-за  моих  пленок, которые  я  отказался  пропустить  через  рентген-монитор, это  вызвало  бы  их  засветку. Псина, обнюхав  пленки, покачала  умной головой, после  чего  меня  признали  неопасным,  пригласив  в  накопитель.  «Таможня – люди  занятые, на  выставки  не  ходят.  Они  и  Шишкина, наверное,  не  знают,  не говоря  о фотохудожнике  «мелкого  полета»,  – думал я,  сидя  среди  узбеков.
Два  дня  в  Самарканде, столько же  в  Бухаре, затем – Афганистан, Иран, Турция. Потом – Сирия, о  ней  и  будет рассказ.

Прорыв
…Автобус  прибыл  на  границу  Сирии  за  два  часа  до  полуночи. Пассажиры-иранцы (к  которым  я  не  без  труда  присоединился  сутки  назад) быстро  справились  с  привычными  для  них  формальностями, меня же, единственного  в  салоне не  имевшего  сирийской  визы, высадил  работник  блок-поста.


Оставшись один, с  испорченным  настроением, я  думал, как  буду  выбираться отсюда. Перспектива  была, прямо скажем, не  очень, даже  если  получу  желаемый  штамп  в  паспорте,  не  говоря  уже  о  худшем.  Усатые  арабы-пограничники  пытались  подбодрить  меня: один угостил  жареными  семечками, другой  сообщил, что  до  ближайшего  города всего  40  километров.  Эта  новость  меня  не  обрадовала. Пройдя  «собеседование» у  «главного»  в  кабинете, я  все-таки  получил  драгоценную  визу.  Прошло  около  40  минут.  По  стечению  обстоятельств  в  сторону  Алеппо  ехало  такси  с  единственным  пассажиром-европейцем. За  символическую  плату  водитель  согласился  подвезти и  меня. Ехали  не  более  часа, иностранец  добродушно  нахваливал  Сирию: «Замечательная  страна, очень  низкие  цены…».

Полуночные мытарства
Около  полуночи такси  остановилось  возле  одной  из  фешенебельных  гостиниц, которую  мой  попутчик  считал «недорогой».  Он  попрощался и, забрав  чемодан  из  багажника, скрылся  в  роскошном  холле отеля.  Водитель  думал, что  я  тоже  выйду следом, но  вместо  этого  услышал по-арабски: «Урид  ана  фундук  архас» («Мне  нужно  жилье  подешевле»).  «Садись», – кивнул  таксист и  вскоре  высадил  меня  в  районе, где  подобного  рода  «ночлежные  дома»  были  в  изобилии.
Петляя  по  узким  улицам, освещенным  старинными  фонарям на  фасадах  зданий, я  занялся  уже привычным  для  меня  делом: поочередно  заходя  в  каждый  гэст-хауз, интересовался  у  дежурного   ценой  самого  дешевого  номера.  К  слову, я  был  рад, что здесь понимают  египетский  вариант  арабского  языка, с  которым  я  немного  знаком.
Кое-где  цена  меня  не  устроила, а  где-то  не  соглашались  принимать  «безденежного  гостя  с  долларами» (в  полночь  в  Сирии  валюту  не  поменяешь: банки  закрыты). Наконец, я настолько  запутался  в  узких   улочках района, что  уже  не  помнил, куда  заходил,  а  куда  нет.  Озадаченный, готовый  уснуть прямо  здесь, я  снял  рюкзак  и  присел  на  ступеньки… у  входа  в  гостиницу. «По-моему, я  здесь  уже  был?» – спросил  сам  себя, заходя  внутрь. Хозяин  ответил  по-русски  с  акцентом, значит,  здесь  я  еще  не  был.  Он  согласился  определить  меня  на  постой  с  оплатой  утром, взяв  паспорт в залог.  Хотя  девять у.е. за  номер  дороговато   для  Сирии (в  моем  понимании), все же  я  был  рад  окончившимся  мытарствам.  Поднялся  на  второй  этаж  и  через  несколько  минут  уже  спал  как  убитый.
                     
Аллах, коммунисты и Сталин
Утром  я  отправился  осматривать  город, предварительно  сбегав  в  банк  за  углом  и  расплатившись  с  хозяином. Забегая  наперед, замечу, что  последний  вел  весьма  своеобразную  жизнь.  По  вечерам   сидел  в  комнате  на  первом  этаже и  курил  кальян  в  компании  двух  приятелей.  А  когда  я  заходил  к  нему утром, чтобы  обратиться  с  вопросом, как  к  единственному мне  известному  русскоговорящему  в  городе, он  спал  одетый  на  той  же  тахте и что-то  бормотал  спросонья   в  ответ.  Как  я  узнал  позже, у  него  когда-то  было  много  русских  друзей  в  городе, но  все  разъехались,  и  он  стал  забывать  некоторые  слова  «великого  и  могучего».


Как-то, вернувшись  вечером, я  застал хозяина отеля  в  привычном  окружении  приятелей-арабов.  Компания  что-то  оживленно  обсуждала.  «Какой  ты  веры?» – спросил  через  «переводчика»  один  из  гостей.  «Никакой! – ответил  я  и  для  убедительности  добавил: – Коммунист». «Что  есть  «коммунист?». – «Коммунист – это  значит бога  нет», – ответил  я  в  шутку,  не  слишком  вдумываясь  в  свои  слова.   Хозяин  заведения  перевел: «Мафи  аллах».  Приятель сделал  настороженно-удивленное  лицо, а  хозяин задал  новый  вопрос: «Сталин хороший?».  Неизвестно,  до  каких  историко-философских  глубин  мы  добрались бы, но  гость  в  моем  лице  вовремя  прервал   беседу. «Пошутил  я…» – затем, посмеиваясь, отправился  в  номер.  В  ту ночь  мне  снился  коммунизм  в  Божьем  царстве.

Карлсон без  пропеллера
Алеппо (второе  название – Халеб ) – небольшой  город  с  красивой   архитектурой по  праву  может  называться  второй  столицей  Сирии. Цитадель  Алепп – главная  достопримечательность  города –  большая  крепость на  возвышенности.  По  вечерам  цитадель  подсвечивается  снаружи, являя  собой  грандиозное  зрелище.  От  крепости  расходятся  небольшие  извилистые  улочки  старого  города, похожие  на  лабиринты.
Попав  в  первый  раз  на  площадь  у  цитадели, я  понял, что  объектив  фотоаппарата  не  вмещает  всю  панораму.  Оглядевшись,  заметил  неподалеку  четырехэтажное  здание  и решил  с  крыши  сделать  кадр.  Каково  же  было  мое  разочарование,  когда,  поднявшись  по  лестнице, вместо  выхода  на  крышу  увидел… вход  в  квартиру.  Собравшись  уходить, я  неожиданно  для  себя все же  нажал  на  кнопку  звонка.  Открыл  улыбающийся  человек, который  жил  на  крыше.  «Мумкин  тасфир?» – попросил  я, тоже  улыбаясь. Тот разрешил. Выполнив  задуманное, я  поблагодарил  хозяина. Пропеллера  за  спиной  у него  не было.
Череззаборпроходец
На  осмотр  города  и  фотосъемку  ушел день.  Следующим  утром  я  спросил  у  заспанного  владельца  отеля, какие  «интересности»  в  округе   он мог бы  мне  порекомендовать? Задумавшись  спросонья, тот  посоветовал  посетить  церковь  св. Симеона, а  через  пару  минут, когда  остатки  сна  улетучились окончательно, написал  по-арабски  на  листке  бумаги, как  туда  доехать.  Путь  оказался  неблизким: несколько  десятков  километров  до  деревни  Дарет-азза  на  маршрутке, затем – пять километров пешком или  на  попутках.  …Высокая  каменная  ограда, возведенная  древними  мастерами, романтично  возвышалась  среди  сосен вдали  от  жилищ  человека.  По  привычке обойдя  центральный  вход, я   нашел  удобное  место  и  вскарабкался  наверх  по  камням  отвесной  стены.  По  ту  сторону   раскинулась  территория  античного  монастыря: на  переднем  плане  взору  предстала  небольшая  оливковая  роща,  поодаль – древние  руины.  За  противоположной  стеною  находился  глубокий  овраг,  словно  шерстью,  покрытый  растительностью.  На  территории  рощи, неподалеку  от  развалин, я  обнаружил  меж  каменных  глыб  подземное  сооружение  очень  большой  глубины,  явно  не  туристического  назначения.  «Жаль, что  нет  снаряжения», – подумал  я, осматривая  остальные  объекты,  по виду   напоминающие  архитектуру  греко-римского  периода. Запечатлев  все  увиденное, я  вышел  через  центральный  вход, где уже собирались  иностранные туристы.  Вечерело,  и я поторопился…

Немного  истории
Побывав  в  нескольких  городах, я  заканчивал  путешествие  по  Сирии  в  столице  страны.
Дамаск – один  из  старейших  городов  мира с  населением  около  4  млн  человек.  Первые  упоминания  о  мегаполисе  датированы  2500 годом  до  н.э.  Расположен  город  в нижнем  течении  реки  Барада, где  она  разделяется  на  несколько  рукавов.  Дата  основания  столицы  Сирии  затеряна  в  глубине  веков.   Арабский  историк  Акасир, живший  в  XII в., утверждал, что  первой  стеной, воздвигнутой  после  всемирного  потопа, была  Дамаская  стена.  Наиболее древние  исторические  сведения  о Дамаске  относятся  к  временам, когда  здесь  правили  египетские  фараоны.  Кроме  того, известно, что город входил  в  состав  Ассирии, Персии и  империи  Александра  Македонского.
Так  было  в  древности.   В  более  близкие  нам  времена, точнее,  в  20-40 гг.  прошлого  века, Дамаск  был  административным  центром  Сирии, подчинявшейся  Франции, а  после  провозглашения  независимости  Сирии  в  1943  году стал  ее  столицей.

Дамаск  глазами пилигрима
В  четырехместном  номере   самой  дешевой  гостиницы в  сирийской  столице, куда  я  определился  на  постой, меня  сразу  предупредили, чтобы  на  ночь  дверь не  запирал:  возможно, будет  подселение.  Номер  с  кафельным  полом  и  металлическими  кроватями напоминал  больничную  палату  времен  застоя.  Туалет  и  умывальник  в  конце  коридора  «на  этаже»  дополняли  и  укрепляли  первоначальное  впечатление.
…Под  мерный  храп  одного  из  ночных  подселенцев  ранним  утром  я  вышел  на  свет  Божий  для  знакомства  с  древнейшим  городом.
Считается, что  Дамаск – город, сохранивший  этнические  особенности  старины, неподвластный  веяниям  современности.  Мне  же, разбалованному  средневековой  экзотикой  Кабула  и  Каира, он  показался  немного  европеизированным. Наверное,  потому, что  я  ждал  большего.
Несмотря  на  то что  туристическая  индустрия  здесь   пока  слабо  развита, посмотреть  есть  на  что.  На  узких  улочках  торгуют  фруктами,  другими  товарами, поют  муэдзины  и  ездят…  «Жигули». Торговцы  гранатами продавали  свой  товар  по  фантастически  низкой  цене.  Правда, при  ближайшем  рассмотрении  фрукты  оказались  с  признаками  плесени, но  покупателей  это не  смущало и не отпугивало:  народ  здесь в  основном небогатый, как  и  автор  этих строк.
Столичный  рынок  имеет  довольно приличный  вид, стихийная  торговля  отсутствует.  Элемент  экзотики  вносят  два-три  торговца  напитками в  национальной  одежде.
Старый  город, освещенный  по  вечерам  настенными  фонарями, воссоздает  некоторую  атмосферу  древности.  С  непривычки в  лабиринтах  узких  улиц  можно  даже  заблудиться.
В  центре  старого  города  возвышается  мечеть  династии  Омейядов.  Она  была  когда-то   перестроена  из  христианского  храма, а  тот в  свое  время из  языческого.  Внутри  находится  хранилище  головы  Иоанна Крестителя.
В  Дамаске  я  пробыл  три  дня.  Мое  знакомство  с  Сирией  подходило  к  концу.  Через  день  рейсовый  автобус  повезет  меня  в  Иорданию – Хашемитское  королевство, куда  сирийцы  ездят, как  симферопольцы  в  Ялту.  Шел  второй  месяц  моего  фотопаломничества…