9 Мая – непреходящая по глубине и исторической масштабности дата для нашего Отечества: победа человеческого духа, высокого, массового героизма, самоотверженности и жертвенности во имя свободы и жизни. Наравне с такими подлинно эпохальными вехами в истории человечества происходили и менее громкие события, но так заслуживающие бережного сохранения в наших мыслях и душах: 9 мая 1920 года ушел из жизни замечательный человек, имеющий прямое отношение к Крыму, к Симферополю, – Георгий Федорович Морозов.
Профессор, ботаник, географ, известный классик лесоводства, блестящий творец первого в мире учения о лесе как о биогеоценозе. Лес в понимании Г.Морозова – растительное сообщество вместе с населяющим его животным миром и соответствующими участками земной поверхности, с особыми свойствами атмосферы, геологического строения, почвы и водного режима. Именно такая научная трактовка стала основой отечественной и мировой школы лесоведения. Морозов создал теорию о типах лесных насаждений, развил представление о сменах лесных пород и их сообществ, обосновал принцип рубок и лесовозобновления, заложил фундамент нового научного направления – фитосоциологии.
Родился Г.Морозов в 1867 году в Санкт-Петербурге, окончил 2-й Александровский кадетский корпус, Павловское военное училище, затем служил подпоручиком крепостной артиллерии. Однако увлечение естественными науками привело его в Лесной институт в родном городе. Просвещенный молодой офицер органично вошел в круг студенчества вуза, отличавшегося свободомыслием и высокой культурой. Несколько лет прошли в напряженной учебе, накоплении знаний в сфере естественных наук.
Далее следует яркий и творческий период жизни Г.Морозова. Он успешно преподает и работает в известном в то время в Российской империи Хреновском лесничестве Воронежской губернии, создает свой первый научный труд «Борьба с засухой при культурах сосны», получает звание ученого лесовода 1-го разряда.
Жизнь его предельно насыщена исследовательской работой, командировками и встречами с именитыми немецкими и швейцарскими профессорами-лесоводами, преподавательской деятельностью. Накапливаемый прикладной опыт, помноженный на собственные глубокие исследования, Г.Морозов успешно реализует в отечественных лесничествах. В 1901 году ему поручают возглавить кафедру общего лесоводства в Лесном институте. Вскоре он становится профессором и работает в этой должности вплоть до революционного 1917 года.
Разносторонняя работа Морозова не ограничивалась научной и педагогической деятельностью. Он становится одним из первых организаторов Высших женских сельскохозяйственных курсов, затем их заведующим, работает над созданием сборника «Экскурсии в лес и школьный музей леса», читает лекции в отделе естествознания педагогического музея, редактирует «Лесной журнал». То было время расцвета журнала. Стараниями Морозова при этом издании появилось ценное приложение – «Материалы по изучению русского леса».
В 1906 году Морозова назначают одним из трех членов образованной при Лесном департаменте постоянной лесокультурной комиссии. Спустя несколько лет он организует при Лесном институте повторительные курсы для лесничих. Современники находили в Морозове «удачное сочетание редкого в жизни качества даровитого ученого… и чуткой, отзывчивой человеческой души». Географическое общество награждает Морозова Золотой медалью; на Всемирной выставке в Париже он удостаивается специальной именной медали. Ученый неустанно, напряженно работает: принимает деятельное участие в организации Союза лесоводов, пишет цикл научных статей, обобщает отечественный опыт лесоразведения, становясь кумиром студенческой молодежи, творческой интеллигенции…
Чрезмерно напряженная научная, педагогическая и организаторская работа, нервные перегрузки, нагрянувшая нужда как следствие революционной разрухи и гражданской братоубийственной бойни, беспокойство о судьбах русской науки губительно повлияли на здоровье еще молодого ученого, физические силы которого стремительно истощались. В 1917 году Г.Морозов вынужден был, как думалось, на небольшой срок срочно уехать на лечение в Крым, в Симферополь, где продолжал активно работать. Даже разбитый параличом, он в 1918 году принимает деятельное участие в научном съезде лесоводов в Киеве по вопросу выработки программы лесного опытного дела в Украине. И это в разгар революционного хаоса, крушения великой Российской империи! В октябре 1918 года (советская власть установилась в Крыму несколько позже, чем в континентальной России) Морозова избирают в Совет учрежденного в Симферополе Таврического университета, профессором лесоводства агрономического факультета. Создание такой кафедры на естественном факультете в одном из русских университетов было вершиной мечтаний ученого. И мечта эта сбылась у нас, в Крыму!
Все свои угасающие силы Морозов отдает организации кафедры лесоводства, работе созданного им лесного музея. Его лекции, глубокие, захватывающие аудиторию, привлекали слушателей не только лесного факультета, но и многих других. Из последних сил, предельно ослабленный физически, терзаемый муками за судьбу отчизны, он стоически выходил на кафедру, отдавая свои богатейшие знания преданным ученикам и многочисленным энтузиастам лесной науки. В таком состоянии он мужественно завершил курс своих лекций, оформленных впоследствии в фундаментальное «Учение о лесе». Последний его научный доклад вызвал чрезвычайно оживленные прения, глубоко всколыхнул научные круги Симферополя и творческого студенчества.
…9 мая 1920 года Г.Ф.Морозова не стало. На полуострове бушевала гражданская война, рушились прежние представления о миропорядке, царили разруха, расстрелы, отчаяние, голод, неразбериха, страх. Тем не менее около гроба ученого собрались его многочисленные ученики, студенты, лесоводы со всех концов Крыма, сослуживцы, почитатели его таланта. По инициативе лесоводов-крымчан место захоронения Морозова было выбрано в государственном имении – парке Салгирка. В газете «Таврический голос» был помещен трогательный некролог, в котором студенты агрофакультета Таврического университета называли Г.Ф.Морозова «одним из самых ярких представителей науки». Академик В.И.Вернадский отозвался о Морозове как о «крупнейшем оригинальном натуралисте, учившем видеть в природе то, чего раньше не замечало человечество».
В жестоком хаосе гражданской войны, настигшей и Крымский полуостров, главнокомандующий армией генерал-лейтенант П.Врангель в канун своей эмиграции из Крыма распорядился выделить семье покойного пособие в размере 100 тыс. рублей. Такие вот события происходили в судьбах наших незабвенных соотечественников на трагических изломах отечественной истории.
В заключение приведу программные в наши кризисные дни слова академика В.Вернадского, сказанные в связи с кончиной Г.Морозова: «Каждая такая смерть заставляет нас сознавать ответственность, лежащую на еще оставшихся. Надо смыкать ряды, еще интенсивнее продолжать культурную работу, ибо только по этому пути, по которому шел Г.Ф.Морозов, для нас спасение от наступающего одичания и варварства».
Быть может, выпускники крымских вузов, подлинные продолжатели благородных заветов и дел наших подвижников-ученых, преобразят полуденный полуостров вкупе с природой в заповедник романтичных дубрав, живительных сосняков, чудодейственных можжевеловых рощ? И не позволят Крыму стать некрополем бетонных стен и феодальных поместий, громоздящихся друг на друге среди безжизненной безлесной пустыни…
Юрий Семенов.