Дорого, конечно, но я молилась на неведомого итальянского мастера, изобретшего удобную колодку и придумавшего оригинальный дизайн. За сезон туфельки износились, а в Мюнхен, увы, я езжу не каждый год. И вдруг в родном Симферополе, в витрине бутика увидела знакомый брэнд. Ринулась в магазин, глаза разбежались от множества сапог, туфель, босоножек «Francheska Donni». Одна пара дивно как напоминала те, мюнхенские. Но взглянула на цену и сникла – 4200 гривен!
В Симферополе нет специализированного гастронома с дорогими элитными продуктами. Но в отделах супермаркетов можно купить пармскую ветчину Cinko Jotas (100 г – за 200 гривен), французский сыр «Бри», «Грюйер», «Кастеманьо»
(100 г – 70-80 гривен), вино Noe Pedro Himenez Muy Viejo из заизюмленного винограда (50 мл – 50 гривен), сахалинскую лососевую икру, камчатских крабов, яблочную пастилу московской кондитерской фабрики «Ударница». Так вот, сегодня умножьте и без того астрономические цены на два. Каждый месяц я позволяла себе невинную женскую слабость – квадратик французского «Рокфора». В марте с меня слупили 72 гривны за 130 граммов! Но это я как-то пережила бы. Придя домой и развернув упаковку, обнаружила, что сыр крошится, а когда попробовала, ощутила горький «елкий» привкус. То есть покупке моей было лет сто от роду. За бешеные деньги продавцы всучили отраву.
А тут запоздалая крымская весна вдруг встрепенулась, решительнее зачирикали воробьи, и мы с подругой подумали, хорошо бы сшить по новому платьицу к лету. Ткань я присмотрела еще с прошлого года – натуральный шелк по 140 гривен за метр. Купила бы без раздумий, но смущала ширина – 90 см. Выходило, что надо брать две длины, и цена получалась немаленькая. Но за год расцветка не разонравилась, и я легкомысленно махнула рукой – кутить так кутить! Отрез на стенде заметила сразу. Подошла и оторопела. Булавкой к ткани был прикреплен клочок бумаги, на котором красовались цифры – 280 гривен за метр с учетом 10-процентной скидки!
Во всем мире деловой человек считает себя счастливым и удачливым, если получает 10-15 процентов от дохода в год. У нас такая арифметика не проходит. Местные рвачи за вещь среднего качества дерут 500, 700, тысячу процентов! Границы, отделяющие нас от цивилизованной Европы, стали более открытыми. Через них хлынул приличный ширпотреб из Италии, Германии, Франции, Польши. Он оседает в бутиках.
Шведская компания готовой одежды H&M (Hennes & Mauritz AB), голландская сеть магазинов готовой одежды «C&A», британская сеть Marks&Spenser торгуют самым банальным товаром, ориентируясь на потребности практичной европейской домохозяйки. У нас же за свитер с иностранными бирками (оригинальный, с какой-нибудь изюминкой, но не более), красная цена которому 20 евро, дерут в десять раз дороже. Еще и вешают на уши лапшу, томно шепча, что демократичный тренчкот Marks&Spenser буквально вчера покорял французские подиумы на неделе Высокой моды.
С телеэкранов нам внушают, что в кризис надо бы ужаться, затянуть пояса. Реальная жизнь показывает – терять не хочет никто. Наверху принимаются законы, в которых избирательно повышается акцизный сбор. На водку – да, на пиво (известно, что пивной алкоголизм масштабнее и опаснее винно-водочного) – нет, поскольку с этим бизнесом связаны интересы влиятельных особ. Отменяется ранее взлетевший налог на импортные товары, но из списка исключаются автомобили и холодильники. Причина кроется все в том же интересе сильных мира сего, под который они лоббируют внесение поправок в законопроекты. Коррупция, откаты, теневая экономика – этим в Украине никого не удивишь. Глядя на откровенное рвачество, демонстрируемое «элитами», осмелел и расправил крылья рядовой предприниматель, владелец кафе, рыночный торговец.
Кто-то скажет, что у меня есть выбор, можно не покупать товары с заоблачными ценниками. В том-то и дело, что в этой стране честно работающему человеку с каждым годом позволяется все меньше. Роскошью становятся отдых в санатории, качественный холодильник, сарафан из натуральной ткани, хорошая обувь, продукты без канцерогенов и красителей.
Мне могут возразить, что у рвачей не было бы никаких шансов, если бы на их товар не находился купец. В том-то и дело, что синдромом рвача бьют по синдрому лоха. В том же Мюнхене перед началом конференции группу украинских журналистов повезли на экскурсию по городу, показали самый богатый квартал, где находятся виллы Бориса Беккера, Гельмута Коля, Штефи Графф. Никаких колонн, башен, балюстрад. Все скромно, просто, функционально. Деньги достаются потом и кровью, их не принято швырять на ветер. У нас же «откатные» капиталы никто не считает и не бережет. Было бы влиятельное кресло под чреслами, а взятки никуда не убегут. Сколотив «левое» состояние, его обладатель не становится культурнее и возвышеннее. Знакомый архитектор, проектирующий нуворишам коттеджи, как-то признался, что раскручивает озолотившихся «лохов» по полной программе. Безбожно смешивает стили, эпохи, направления. В итоге выходит не дом, а эклектичный уродец. Но заказчик доволен. Главное, есть повод, парясь в баньке с такими же «припавшими к корыту», похвастаться, что вот, мол, выстроил «бунгало», обошлось в «пять лимонов баксов». Так же не скупятся папики в магазине, когда их юная содержанка дует розовые губки и тычет пальчиком с искусственным акриловым ноготком в сторону ценника с тремя нулями. Так что туфельки за 4200 гривен не залежатся. Проблема в другом. Мы строим общество, в котором царят, диктуют и процветают лохи и рвачи, или все-таки профессионал с золотыми руками и светлой головой тоже когда-нибудь почувствует себя в нем человеком?
Ирина ИВАНЧЕНКО.