В последние годы, по мере развития у нас развлекательной индустрии, все чаще в обиходе и прессе стал звучать медицинский термин, обозначающий чрезмерное увлечение азартными играми, – лудомания.
Истории лудоманов схожи с историями алкоголиков и наркоманов, поэтому нередко за помощью они обращаются к врачам-наркологам, хотя зачастую больными себя не считают и лечиться не собираются.
Страсть к игре появляется после первого крупного выигрыша, а проблемы – когда игрок начинает делать ставки, которые не в состоянии себе позволить. При прекращении игры у таких людей отмечается синдром отмены – резкие перемены настроения и поведения, соматические расстройства, нарушение сна, потливость, ощущение усталости, чувство вины.
Патологическая страсть к игре известна издавна. Вспомним «Игрока» Достоевского, а истинная суть происходящего за ярким фасадом игорных заведений показана в американском фильме «Казино». За ярким фасадом и романтическим туманом игорной индустрии царят обман и предательство, жестокость, насилие и цинизм. «Игрок – кум вору» – гласит народная поговорка. В столице Крыма заядлых игроков хватает с лихвой, и чем игра примитивнее, тем она опаснее. Не случайно игровые автоматы американцы окрестили «однорукими бандитами». Наиболее подвержены игромании подростки. Ребята получают  удовольствие от самой игры, а автоматы – повсеместны и общедоступны, снабжены цвето-звуковыми спецэффектами, что усиливает привязанность к ним на подсознательном уровне. Начав проигрывать, подростки вынуждены идти воровать, выносить из дома вещи, приторговывать наркотиками. Постепенно вливаются в армию криминала, пополняя быстро тающие его ряды. Известен случай, когда подросток, находившийся на излечении от игромании, сбежал ночью из психиатрической больницы в зал игорных автоматов, где и был найден, спящим в обнимку с «одноруким бандитом». Прежде игроманов было меньше, и они были постарше.


Другую группу составляют те, кому за 25-30 лет. Это посетители казино, для которых выигрыш – еще одно доказательство того, что жизнь удалась. Наряду с красивой женой и модной машиной. Заигравшись, они все теряют, а не желая мириться с потерями, нередко кончают жизнь самоубийством.
За игрой на автоматах можно видеть и пенсионеров. Бабушки и дедушки, бедно одетые, с палочками, даже на костылях. Для них игра – шаг отчаяния, надежда на прибавку к пенсии, попытка убежать от старости и одиночества. Хотя внешне американские пенсионеры и отличаются от наших, и в залы игорных автоматов их приводят не всегда те же причины, определенную часть в Лас-Вегасе составляют именно они, съезжаясь со всех штатов.
Особую группу составляют профессиональные игроки. Это, как правило, мужчины лет за сорок, играющие на протяжении десятилетий во все легальные и запрещенные игры. Это уже больше, чем игра, это – образ жизни. Следует отметить что многие из лудоманов подвержены и другим пристрастиям: алкоголь, наркотики, беспорядочная половая жизнь. В основе игромании лежит борьба между аппетитом и контролем над этим аппетитом, между желанием и его ограничением.
Появление в нашей жизни телевидения оказало ошеломляющий эффект. По влиянию на человеческую душу оно не имеет равных. Сегодня уже можно говорить о «наркотелемании», телевизор буквально гипнотизирует, программирует по спланированному сценарию, истощает нервную систему, политизирует, втягивает в соучастие в сценах насилия, развращает детей. Резкое прерывание сюжета рекламой ненужного вам в этот момент товара способствует расщеплению психики.  Телевидение манипулирует человеческим сознанием, как дирижер оркестром, заставляя верить лишь тому, что показано и прокомментировано ведущими, искажает восприятие реальности, зомбирует сознание. Необходимо хотя бы ограничивать время просмотра телепередач. Не зря американцы прозвали его фонарем для дураков.
Появление компьютеров, несмотря на пропагандируемую безопасность, также имеет негативные последствия. В частности, изменился ритм работы. Большинство специалистов, работающих в Интернете, предпочитают ночное время как более дешевое. В  этой ситуации многим поневоле приходится становиться «совами», что сказывается на самочувствии. Сложные компьютерные игры втягивают детей и подростков в виртуальную реальность, стирая грань между реальной жизнью. Это способствует аутизации и проявлению скрытой предрасположенности к измененному сознанию. Школьник формально может присутствовать на занятиях, а мысленно продолжать очередную игру.
В 2006 году компьютерная зависимость решением ВОЗ была причислена к категории наркомании. У взрослых способна развиваться патологическая привязанность к различным формам компьютерного общения. Некоторые пользователи настолько увлекаются этим видом  коммуникаций, что прерывание связи вызывает у них реактивный психоз с галлюцинациями и попытками самоубийства. Сказалось на детской психике и поголовное увлечение в 90-е годы карманными монстрами типа тамагочи. Игрушка требовала постоянной заботы о себе, умирая, вызывала стресс, привязывая внимание ребенка, она подменяла ему общение с живыми людьми, искажая формирование родительского инстинкта. У некоторых детей символическая привязанность к электронному чудовищу, требующему постоянного ухода, перерастала в зависимость.
Что же касается завсегдатаев секс-шопов, вожделенно приобретающих там муляжи интимных частей тела либо надувных партнеров для «сексуальных игр», то эта страсть представляет собой нечто среднее между  некроманией и фетишизмом.
Буквально на глазах одного поколения изменились и спортивные игры, превратившись из зрелищных, полных драматизма праздников в поголовный тотализатор с беснующимися фанами  на трибунах.
Процесс игромании продолжает набирать обороты. Что же дальше?
…Почти сто лет назад, с тревогой наблюдая за своими современниками, о.Иоанн Кронштадтский отмечал: «Удивительная болезнь явилась нынче  – это страсть к развлечениям. Никогда не было такой потребности к развлечениям, как нынче; люди разучились жить серьезною жизнью, трудом на пользу нуждающихся и внутреннею духовной жизнью и начали скучать. И меняют глубину и содержание духовной жизни на развлечения. Какое безумие! Точно дети, лишенные разума. А между тем общественное развлечение –  это уже общественный порок, уже общественная страсть». Кажется, что эти строки написаны для нас, живущих в начале XXI столетия и недоумевающих, как лечить игроманов. Вдумаемся в строки праведника. Ведь в них заключен смысл не только диагноза, но и дан рецепт исцеления от тяжкого душевного недуга.