В сентябре 1948 года, шестьдесят лет назад, в газете «Правда» появилась статья «Куда ведет национализм группы Тито в Югославии». За псевдонимом «Цека» стоял, как утверждают, сам Иосиф Виссарионович Сталин. Совсем недавно маршал Тито считался героем, а компартия Югославии - идеальной последовательницей марксизма-ленинизма. Югославский маршал слишком независимо держал себя по отношению к «отцу народов», и это не могло не раздражать последнего. Если Трумен и Черчилль, пентагоновские ястребы и «мистеры-твистеры» из банков и бирж Запада были откровенными врагами, то Тито оказался вероломным и презренным предателем. Антититовский психоз набирал силу: «Югославские троцкисты - штурмовой отряд империализма», «Режим Тито превратился в фашистский режим» - вот типичные названия статей центральных газет. Белградский отступник назывался «Иудой», «палачом», «кровавой собакой». «Старался Тито и вся его свита, чтоб были довольны тузы Уолл-стрита», - клеймили Тито мастера рифмованной сатиры. В репертуаре народных любимцев Штепселя и Тарапуньки появилась такая реприза: «Тарапунька, что бы ты сказал, если б узнал, что собаки съели Тито?» - «А я б им казав: приятного апетиту». Кукрыниксы создали образ жирного злодея с топором в руке, книгой «Майн кампф» под мышкой и пачкой долларов в кармане. Бездарная книга Ореста Мальцева «Югославская трагедия» получила Сталинскую премию, выдержала свыше десяти (!) изданий и должна была быть экранизирована. В 1952 году на Олимпийских играх в Хельсинки советская сборная по футболу проиграла ненавистным югославам. В результате знаменитая ЦДСА была расформирована.
«За подрыв престижа советского спорта и советского государства», как гласило официальное правительственное постановление, у нескольких игроков сборной и тренера Б.Аркадьева были отобраны звания заслуженных мастеров спорта. Ходили слухи, что Тито закупил в Америке электрические стулья для смертной казни, что югославские войска вот-вот вторгнутся в Корею... Однако на самом деле Тито был далеко не безобидной жертвой. В Югославии был действительно диктаторский режим (наподобие сталинского) с подавлением любых форм гражданских свобод, роскошная жизнь партийной элиты, нищета и беспредел народных масс - все это имело место. Шестнадцать тысяч человек по приказу Тито сидели в концлагерях на островах. Но главным было, несомненно, открытое неповиновение Иосипа Иосифу. Такого Сталин не прощал.
В 1952 году в МГБ разработали операцию, которую должны были поручить разведчику Иосифу Григулевичу. Под именем Теодоро Кастро (какая-то мистическая перекличка имен!) он умудрился стать послом Коста-Рики в Югославии. Во время личной аудиенции у маршала Тито Григулевич должен был использовать замаскированное в одежде устройство и выпустить в воздух бактерии легочной чумы. В течение 1949-1952 гг. на границах Югославии с ее просоветскими соседями было зафиксировано около пяти тысяч (!) локальных вооруженных стычек. Сталин заявлял: «Достаточно мне пальцем шевельнуть, и Тито больше не будет!» Но почему-то не пошевелил. Летом 1955 года новоиспеченный генсек Никита Хрущев посетил Белград и принес югославскому руководству официальные извинения. Через год маршал Тито нанес ответный визит в Москву. От таких политических кульбитов, что называется, у многих «поехала крыша». Миллионы приверженцев идей социалистической идеологии оказались в растерянности, а сенсационные разоблачения ХХ съезда окончательно добили веру в их справедливость.
В народе тут же появилась частушка: «Дорогой товарищ Тито, вы теперь нам друг и брат. Нам сказал Хрущев Никита - ты ни в чем не виноват!» После нормализации межпартийных и межгосударственных отношений Югославия продолжала вести самостоятельную политику. Был такой анекдот: югославу говорят на съезде компартий соцстран: вы ведь из нашего соцлагеря! Югослав отвечает: лагерь-то один, да бараки разные». До развала Югославии и полной бомбежки войсками НАТО Белграда и других ее городов эта страна занимала первое место по уровню жизни среди всех соцстран.
Георгий Когонашвили.