Тот, о ком это было сказано, посмеялся над выдумками астрологов и заметил, что личности могло не оказаться вообще. Родился он настолько слабым, что только через месяц доктора с облегчением перевели дух - опасность миновала, выживет...
- Может быть, поэтому я и стал врачом, и мои руки приняли около ста тысяч новорожденных младенцев, среди которых частенько попадались такие же проблемные, как я в свое время? - задает риторический вопрос Лазарь Моисеевич Гранат, акушер-гинеколог высшей категории, человек, которого сотни коллег с пиететом называют учителем, а тысячи семей благодарят за счастье материнства и отцовства. На днях он отметил 70-летний юбилей. Думаю, хороший повод, чтобы перелистать несколько самых значительных глав из книги жизни.
Трудный путь к профессии
Нельзя сказать, что мой герой бредил профессией врача с детства. Он рос обычным мальчишкой. Гонял в футбол, разбивал коленки, случалось, прятал дневник с двойкой. И в семье медиков не было. Мама работала бухгалтером. Отец строил электростанции. Они и в Симферополе оказались из-за того, что в конце 50-х в городе стали возводить ГРЭС, Граната-старшего пригласили в качестве ведущего инженера. Сын к этому времени отслужил три года в армии, демобилизовался. Надо было выбирать профессию. В Симферополе прием абитуриентов вели три вуза: педагогический, сельскохозяйственный и медицинский. Он подал документы в медицинский и с первых дней занятий понял, что не ошибся. Понравилось все: белый накрахмаленный халат, сосредоточенные лица профессоров, строгая латынь и даже «анатомичка», которой отчаянно боятся абсолютно все новички, не вызвала реакции отторжения.
«Институт тогда носил имя Иосифа Сталина, - вспоминает Лазарь Моисеевич. - И это несмотря на начало 60-х и полное развенчание культа личности. Ректором был Сергей Георгиевский, именем которого Крымский медицинский университет назван сегодня».
Учился студент Гранат легко, что называется, подавал надежды. Хотел стать хирургом. Но о том, чтобы после окончания остаться в Симферополе, и думать не смел. Во-первых, надо было отработать положенные три года. Во-вторых, тогда считалось особым шиком умчаться из родного города в тмутаракань, в сельскую больницу без удобств, жертвовать собой, ежедневно совершать подвиги и вернуться домой десятилетие спустя, возмужавшим, опытным и совершенно преображенным.
Лазарь Моисеевич не скрывает: уезжать от родителей не хотелось, но выбора не было. Ему и двум однокурсникам предложили распределение на станцию с несимпатичным названием Огрыз Горьковской железной дороги, в 30 километрах от Ижевска. И вдруг случилось так, что его товарищ (акушер-гинеколог) устроился-таки в Евпатории. Прибыв на новое место жительства, молодой врач получил предложение заменить оставшегося в Крыму специалиста и попробовать себя в акушерстве и гинекологии.
- Первые роды не помню, даже не спрашивайте, - признается юбиляр. - Видимо, не было в них ничего особенного. А вот плодоразрушающая операция запомнилась на всю жизнь. Ребенок погиб. Он был очень крупным, и измученная женщина никак не могла разродиться. Как быть? Готовлюсь к тому, чего никогда не делал - извлечению плода. Лихорадочно перелистываю страницы учебника. На лбу выступают крупные капли пота. Акушерка, Клавдия Ивановна, заметив волнение, успокаивает: «Доктор, все в порядке, начинаем работать!» И, представьте, все удалось, мы спасли мать, а я получил первое «боевое крещение». Позже будут сотни, тысячи операций, тяжелых и легких, но эту считаю самой главной, с нее начался мой непростой путь к профессии.
В Симферополь молодой врач вернулся в начале 70-х. Но пройдут долгие пять лет, прежде чем он получит место акушера-гинеколога в роддоме № 2. А пока устроился дежурным врачом на «скорую помощь».
В 1975-м его послали в Ленинград на курсы повышения квалификации.
«Возвращаюсь с учебы, - рассказывает мой собеседник, - и вдруг слышу от коллег, что меня вызывают в горздравотдел. Прихожу, а там чиновник по фамилии Павлов (кстати, живший с нами по соседству в поселке Грэсовском и хорошо знавший моих родителей) протягивает направление. 1 марта 1975 года я пришел на работу в родильный дом».
Он находился тогда на улице Жуковского, и уже имевший большую практику и опыт доктор Гранат вновь начал с нуля. Оперировал, принимал роды, лечил патологию, дежурил долгими бессонными ночами. В 1979 году в облисполкоме, наконец, было официально оформлено решение о строительстве нового здания для роддома № 2, через пару лет состоялось новоселье, а 18 октября 1982 года Лазарь Гранат был назначен заведующим родильным отделением.
Мифологизация персонажа
Помню, когда я собралась рожать сына, муж подключал сильных мира сего и хлопотал, чтобы роды у меня принимал именно Лазарь Моисеевич Гранат. Не случилось, тогда были сильны законы прописки, и я должна была им подчиниться. Но легенды о необыкновенном докторе помню до сих пор. Говорили, что у него волшебные руки, способные облегчить самые тяжелые роды. Кто-то по секрету признался, что его взгляд обладает магнетизмом и усмиряет самые сильные боли. Некоторых сбивала с толку восточная внешность моего героя. Выстраивались гипотезы о его родстве с тибетскими докторами. И, конечно, все хором твердили, что попасть к нему на прием невозможно, поскольку он обсуживает исключительно жен и дочерей партийных бонз.
- Все это действительно можно назвать мифами, - улыбается юбиляр. - Конечно, приятно, когда за глаза о тебе говорят так лестно. Но на самом деле я работал, как каторжный. И мои «чудодейственные» руки - результат большой и разноплановой практики, терпеливого познания и бесконечного труда. Среди пациенток, конечно, были жены партийных секретарей и директоров крупных заводов. Но, поверьте, должность мужей не играла никакой роли. Я видел перед собой обычных рожениц, которые нуждались в помощи акушера. И если сопоставить их количество с десятками тысяч беременных, работавших поварами, ткачихами, учителями, которых я наблюдал и у которых принимал роды, то меня никак нельзя назвать «придворным врачом».
Думаю, это искренние слова. По крайней мере, партийные бонзы давно канули в Лету, а доктор Гранат по-прежнему востребован. Книга отзывов пестрит благодарностями по его адресу. А недавно пришла пациентка с высоким красивым парнем, спросила: «Доктор, вы меня узнаете?»
Лазарь Моисеевич растерянно улыбнулся в ответ. Разве упомнишь всех почти за сорок лет?
«Вы принимали у меня двойню, и один из мальчишек пустил струйку на ваш халат, - напомнила женщина. - И я вам еще тогда сказала, что есть примета: если новорожденный обмочил доктора, значит, обязательно должен пригласить его на свадьбу. И вот мы пришли, чтобы сделать это», - она подтолкнула сына ближе.
Побывать почетным гостем на свадьбе не получилось. Привезли роженицу, был какой-то трудный случай. Так жених с невестой прямо после венчания в Свято-Троицком соборе сами пришли в родильный дом выпить шампанского со «вторым отцом».
Часто семейные пары навещают его несколько лет спустя, с уже подросшим малышом. Приходят рожать и те, чей первый крик он услышал пару десятков лет назад. Совершенно серьезно называют его «заслуженным дедушкой». Есть у нашего героя и почетные звания, и грамоты, и дипломы. Но такие истории для него дороже любых наград.
Гранат признается, если кому-то и отдавал предпочтение, так это талантливым молодым коллегам. Он всегда интересовался их проблемами, радовался успехам, поддерживал во время трудных родов. Ему можно было позвонить в праздничный день, среди ночи, и он мчался, консультировал, подставлял плечо, советовал, брал на себя ответственность. Зато теперь, когда ему 70, рядом, в дружной и сплоченной команде, работают лучшие крымские специалисты - Илья Глазков, Андрей Трибрат, Светлана Дубовенко, Ирина Сухоносова. Они понимают друг друга с полуслова. Муж одной из пациенток написал в Книге отзывов, что когда они работают вместе, напоминают сложный инструмент, в котором каждая струна звучит по-своему, но вместе звук сливается в гармоничную мелодию.
И нисколько мы с тобой не постарели
Новая страница жизни доктора Граната связана с Симферопольским родильным домом №1, где он трудится почти десять лет. Реформы в медицине «наследили» и здесь. Идем в родильный зал.
- Вы видите, помещение оборудовано по последнему слову техники, - доктор подводит меня к опутанной проводами тумбочке. - Этот прибор следит за пульсом, давлением, температурой роженицы. А вот эти немецкие кресла легко трансформируются, опускаются, поднимаются, их легко превратить в операционный стол. Мы используем одноразовые расходные материалы. Но даже не это главное. За последние годы в корне изменился подход к родам. Я бы сказал, мы больше внимания стали уделять не столько физической, сколько психологической подготовке роженицы. И произошло чудо! Казалось бы, что удивительного в том, что в родзале висит плазменный экран, на котором мелькают кадры с красивыми водопадами, бабочками, цветами? А ведь это расслабляет и успокаивает. Когда я был начинающим доктором, в самом страшном сне не мог представить, что муж роженицы когда-нибудь войдет в святая святых - родильный зал! Теперь это обычное дело. Причем в присутствии мужа женщина чувствует себя увереннее, и роды проходят быстро и легко.
Знакомлюсь с медсестрой Еленой Ткаченко, которая дает наставления моей тезке Ирине.
Доктор поясняет:
- Ирина уже находится в родах. Период схваток - самый болезненный. Чтобы облегчить его, можно выполнять определенные упражнения с мячом, чем сейчас и занимается Ирина под руководством своей наставницы. Меня часто спрашивают, можно ли избежать болезненных ощущений вообще. Я противник всего искусственного. Даже если женщина настаивает на эпидуральной анестезии или кесаревом сечении, делаю это только по показаниям. Здоровье позволяет рожать естественным путем? Значит, надо делать то, что предназначено тебе Господом Богом.
Для Инессы и Эдуарда Доценко волнения позади. 19 августа у них родился сын Яков.
«Мы шли к этому 14 лет, - не сдерживает слез Инесса. - И только благодаря врачам, лучше которых нет, держим, наконец, в руках самое дорогое существо. Хотим сказать спасибо всем - начиная с доктора Граната и заканчивая нянечками, которые на время стали нам настоящими матерями. И палату уберут так, чтобы не побеспокоить, и словом ласковым поддержат, и посоветуют, как купать-пеленать. А то, что муж находится рядом, и вовсе замечательно».
Интересуюсь у Лазаря Моисеевича, какие моменты для него самые трудные.
- Когда не удается спасти малыша, - чуть помедлив, отвечает он. - Древние говорили: человек никогда не находится так близко к смерти, как во время рождения. Я все пропускаю через сердце, анализирую, думаю. К счастью, таких случаев немного. От депрессий спасает семья. У меня очень хорошая жена, Галина Михайловна. Много лет проработала невропатологом в 6-й горбольнице. Всему, чего я добился, обязан крепкому тылу. А еще она родила мне двоих дочерей, Марию и Ольгу. Маша работает медсестрой, Оля окончила экономический факультет. Подрастают внучки Настя и Наташа. Главное мое богатство и счастье.
В ординаторскую, где мы уединились, то и дело заглядывали врачи, сердито посматривали на меня за то, что отрываю учителя от дел. Я подумала, хотя мы и вспоминали то, что происходило в судьбе Лазаря Моисеевича в последние полвека, годы оказались не властны над ним. Наверное, так происходит всегда, когда человек служит делу, а не лицам. Простившись с доктором, внизу я встретила давнюю знакомую. Узнав, зачем я приходила в роддом, она всплеснула руками: «О нем давно надо было написать, не ждать юбилея. Знаешь, как одна пациентка о нем отозвалась? Лучше Лазаря Моисеевича есть только один врач - Бог».
Лучше, по-моему, не скажешь...