Многочисленным круглогодичным здравницам требуются сантехники, столяры-плотники, автослесари, машинисты компрессорных установок, палатные санитарки, электромонтеры и т.д. и т.п. На летний сезон постоянно требовались повара, бармены и официантки. Такое впечатление, что на работу в таком вечно депрессивном городке как Саки нынче не может устроиться разве что слепоглухонемой тунеядец от рождения.
Работа – не волк
Тем не менее только в нашем дворе знаю с десятка два мужиков от 30 до 60 лет, готовых на шабашку в любую минуту, но чтобы «без напряга» и сугубо «за наличку тут же». Они день-деньской кочуют «от Семеныча» «к Моте», устраивая на «нейтральной территории» под огромной чинарой посиделки за партией домино и обсуждая разнообразные проблемы: от перспектив вступления Украины в НАТО до качества самогона, который сегодня у «Моти не тот, видно, опять чего-то добавила, зараза». Сорокаградусная жара этому контингенту не помеха, а вот малейший морозец их зимой загоняет в «каптерки» с разводками труб отопления.
Глядя на это броуновское движение с пятого этажа вечером, невольно соглашаешься с утверждением специалистов, что в любом обществе, каким бы развитым и продвинутым оно ни было, всегда существует 5-7% граждан, которые никогда не будут работать ни при каких обстоятельствах. Но, с другой стороны, в любом обществе, даже сверхтоталитарном, всегда найдется 4-5% граждан, которые при любых условиях будут заниматься частным бизнесом. Даже под страхом смертной казни, как было во времена СССР, когда на корню пытались извести так называемых цеховиков.
И тем не менее мы всегда без особых проблем приобретали целлофановые пакеты «с иностранными» надписями, краска от которых с трудом смывалась с рук, даже если моешь их с щелочью, что продавалась в мешках в каждой скобяной лавке для стирки спецовок в домашних условиях. Интересно, много ли спецовок стирают нынешние домохозяйки? А на купленный на толкучке за немыслимые деньги «adidas» после случайного дождя было больно смотреть.
Но об этом расскажем подробнее как-нибудь в другой раз. Право, тема – благодатнейшая. Люди старшего поколения об этом при нынешнем изобилии товаров позабыли, а молодежь о дефиците каких-нибудь клеенчатых сапог-чулок на платформе и понятия не имеет. А между тем когда-то такая обувка выводила юную красавицу в люди, а ее отсутствие вдребезги разбивало сердца и приводило к убеждению, что нет в жизни счастья.
Где наше только не пропадает
Недавно в одном деловом еженедельнике прочитал удручающее умозаключение: «Время бить в колокола – ситуация катастрофическая. В украинских бюро трудоустройства тысячи рабочих вакансий, которые некому заполнять. И перспективы никакой: выпускники школ не спешат подавать документы в профессионально-технические училища и техникумы, чтобы потом пополнить ряды рабочего класса. Недобор такой, что количество ПТУ планируют сократить втрое. А сам рабочий класс по численности уже значительно меньше, чем «прослойка» госслужащих. Потому, не имея надлежащих экономических условий, Украина уверенно шагает к тем странам, где неквалифицированную работу выполняют иммигранты. Парадокс – наши «заробітчани» работают на «добробут» европейских стран, а выходцы с азиатских просторов понемногу заполняют их вакансии на родине».
Характерная картина сегодняшнего дня. Стройбатовцы и эмчеэсники восстанавливают дома и дороги в отдаленном селении, пострадавшем от наводнения в Западной Украине. Из местных копошатся на своих «садибах» женщины, старики дети, что постарше. Журналистка спрашивает у селянки: «А де же ваши чоловіки?» А «чоловіки» за кордоном на заработках, никто так и не приехал восстанавливать свою «оселю». Зато приехали строители с Кировоградской области, Днепропетровщины, с Донбасса. По разнарядке. Правда, когда наступило время распределять государственные средства среди пострадавших в зависимости от нанесенного ущерба, где каждый тын, снесенный паводком, приобретал свою стоимость, «чоловіки» начали подтягиваться из Польши, Чехии и прочих Португалий. Сообщения о том, что пострадавшие предпочитают «брать деньгами», а не надеяться на то, что их усадьбы отстроит государство, вселяют надежду, что «заробітчани» на какое-то время задержатся дома и применят свои навыки евростроителей в своих родных селах.
По этому поводу как-то довелось познакомиться с заключением одного эксперта. Сегодня страны Евросоюза ведут целенаправленную политику на вымывание трудового потенциала из Украины под красивыми лозунгами «либерализация», «демократизация», «глобализация». В Испании, Португалии, Италии, где традиционно много наших трудовых мигрантов, упрощен режим их легализации. По разным оценкам, сегодня за рубежом работают от 2,5 до 7 млн наших граждан. Но не надо считать трудовую миграцию чисто украинской проблемой. Такие же процессы произошли в Польше, в странах Прибалтики.
Но что там Европа. В Москве сегодня украинцы – желанные работники в строительстве, в торговле, в финансовом менеджменте, в брокерском деле. Москву сегодня считают крупнейшим по числу украинцев городом в мире после Киева. Традиционно украинцы работают в сфере строительства и ремонта жилья, услуг в ресторанном и отельном бизнесе, присматривают за людьми пожилого возраста и детьми. Наших охотно берут продавцами чего угодно: от церковных свечей до автомобилей мировых марок. По самым скромным подсчетам, в Москве и Московской области работают около 2 млн наших граждан. Но официально, по данным Федеральной миграционной службы РФ, – не больше 169 тыс. Почему так много нелегалов? Потому что российская бюрократия, чиновничество слишком много хотят.
Чтобы получить легальное разрешение на работу в России, украинскому гражданину необходимы: копия паспорта, копия перевода паспорта, копия миграционной карты, справка об оплате государственной пошлины, а это 400 грн., и многочисленные медицинские справки. Среди них – об отсутствии инфекционных заболеваний, анализ крови на СПИД, туберкулез, сифилис, не является ли работник наркоманом и прочая. Но все это запросто можно купить «в пакете». Перевод паспорта с украинского на русский в юридической конторе стоит 175 грн. Милиция на глаз моментально вычисляет украинцев, белорусов и молдаван. Потому все они в паспортах держат всегда по 200 руб. (40 грн.) на всякий случай. Тогда – никаких проблем не возникает.
Но зарплаты стоят таких затрат и нервов. По свидетельству очевидцев, обычный курьер там получает 17 тыс. рублей в месяц (3500 грн.), рядовой бухгалтер – 24000 рублей (5000 грн.), уборщицы, няньки, электрики получают больше, чем в Киеве профессор.
Одесситка делится впечатлениями: живет на окраине Москвы, зарабатывает в месяц 2 тыс. долл., бесплатно питается, в доме хозяев, каждый день гуляет с их детьми и собакой в лесопарке. Жалуется, что могут уволить: «Мода на украинок прошла, и теперь выгодными няньками считаются филиппинки. К тому же они соглашаются на гораздо меньший заработок.
Социологи подливают масла в огонь: трудовая миграция в Украине проходит на фоне демографического провала. По самым скромным прогнозам, через 20 лет мы будем иметь 30 млн населения. Кто же тогда будет работать? Низкий уровень зарплат рабочих убивает у людей желание учиться, совершенствоваться, творить. Это касается не отдельной группы, а общества в целом. У нас есть всего три года – и если за это время мы не исправим ситуацию, то потеряем не только свой трудовой потенциал, но и генетический.
Шиш с маслом
«Зеркало недели» опубликовало обширнейший материал «Рабочая косточка». О проблеме нехватки рабочих рук рассуждают руководители профсоюзов, различных НИИ, госслужб, департаментов. Мы остановимся на одном высказывании – директора Государственной службы занятости Украины Владимира Галицкого.
Нам самим интересно, как это в Украине существуют миллионы безработных при том, что в стране миллионов «рабочих рук не хватает». Почему работные люди должны платить из своих не таких уж высоких зарплат отчисления в фонд занятости? Если у нас перебор со всякими там юристами, менеджерами и дрессировщиками аквариумных рыбок, то это их головная боль, а не сантехника из нашего жэка Василия, который из своих 1200 грн. в месяц отчисляет «бездельникам», считай, целую «поллитровку».
Так вот, директор говорит, что Украина пришла к своей независимости в 1991 году с высоким промышленным и рабочим потенциалом, но к 1994 году все это было растеряно. Предприятия, в том числе и гиганты, закрывались. Массовые увольнения породили «буржуазное» понятие «безработица». Приходили в упадок целые отрасли. Разрушилась и сама идеология коллективного труда. Предприятия стали оживать только в 1997 году. Само понятие «рабочий класс» за постсоветский период было сведено на нет. Если бы солидарность рабочего класса у нас существовала, то это вылилось бы в забастовки, как это происходит в Европе, против низких зарплат и плохих условий труда. Но мы практически утратили целое поколение рабочего класса – вместе с преемственностью культуры труда. В свое время токарь или фрезеровщик готовили в год по пять-шесть учеников. Сегодня же престиж рабочих профессий низведен до отрицательных величин. Нет государственной информационной политики, которая помогла бы сформировать правильное мнение о труде рабочих. Люди труда перестали быть героями книг, кинофильмов и спектаклей. Более того, рабочий человек стал атрибутом «развитого социализма» и «совка».
И вот здесь мы прервем цитирование и навскидку подумаем. Вот, в Голливуде никогда не снимали фильмов о «людях труда», а на знаменитом театральном Бродвее не ставили о них спектаклей. Да и «производственных романов» в Америке не писали. Разве что Артур Хейли – «Аэропорт» и «Отель». Но это совсем не то, что «Цемент» Федора Гладкова или «Время, вперед» Валентина Катаева. Это же жуть просто! Да и на Западе высококвалифицированный работник – на вес золота. Нефтяник-бурильщик на Аляске зарабатывает в четыре раза больше, чем президент США. А что зарабатывает у нас «мастер – золотые руки»? Если и с маслом, то только шиш. В той же Москве украинские строители в зависимости от квалификации получают от 1,5 до 5 тыс. долл. в месяц. У себя на родине им такие зарплаты и не снились. И еще очень долго сниться не будут.
Впрочем, по этому поводу сам Владимир Галицкий замечает:
– Зарплату рабочим нужно существенно повысить. У этого много противников, считающих, что уровень зарплаты должен соответствовать производительности труда – классическая формула экономики. Но уровень производительности труда в Болгарии, Венгрии, Словакии соизмерим с украинским, а зарплаты в пять раз выше.
Второй шаг на пути к здоровой экономике – легализация зарплаты. Ведь сегодня большая часть населения страны, за исключением госслужащих, получает ее в конвертах.
И вывод самый неутешительный: государство разбазарило рабочие кадры. Квалифицированному токарю или фрезеровщику иной работодатель готов платить более тысячи долларов в месяц. Вот только взять его негде… Такими мастерами после ПТУ не становятся – человек как минимум должен лет пять отработать, чтобы приобрести квалификацию.
Тенденции, однако
Предприятиям нужны кадры. В первом полугодии 2008-го свыше 175 тысяч работодателей предоставили Госслужбе занятости информацию о наличии свободных мест. Общее число рабочих вакансий составило 1 млн 220,5 тыс. Наибольшая потребность в работниках – на предприятиях перерабатывающей промышленности, в строительстве и сельском хозяйстве.
По специальностям: наибольшая потребность в токарях, фрезеровщиках, станочниках широкого профиля, слесарях-инструментальщиках, кузнецах, электрогазосварщиках. Среди специалистов не хватает инженеров-технологов, инженеров-механиков, высококвалифицированных рабочих в судостроении. В то же время рынок труда перенасыщен юристами, экономистами, менеджерами, бухгалтерами. Но и здесь все зависит от квалификации.
И еще обозначилась тенденция. Сегодня в Украине в сельском, лесном и охотничьем хозяйствах задействовано 17,1% всего экономически активного населения, в то время как в Западной Европе и США таких людей всего 5-7%. То есть 10% наших сельчан рано или поздно переедут в крупные города. Это закон экономики. Вот тут и появляется возможность обучить этих людей новым профессиям, востребованным на рынке труда. Но при этом создать им нормальные условия работы, достойный уровень зарплаты и обеспечить жильем. Иначе вся эта масса просто хлынет на рынок в мелкие предприниматели и реализаторы. А оттуда, как показывает практика, обратной дороги нет. С рынка возвращаются на производство даже работники со стажем исключительно редко. Ведь производство – это дисциплина, а, отвыкнув от нее, люди снова привыкать не хотят. Два-три года «рыночной анархии» – и вчерашний сварщик 5-го разряда потерян для производства навсегда. Три года «лежания на диване» под различными предлогами – и человек как работник для общества потерян. Это уже законы психологии, которые будут посильнее законов экономики.
Николай Сиряк, «РК».