Самыми расторопными в этом оказались россияне, которые определили, что хребет Ломоносова, миллионы лет прозябающий под водяной толщей и ледяным панцирем Ледовитого океана, – есть не что иное, как продолжение материковой части Российской Федерации, и тянется он аж до Северного полюса. И застолбили себе едва ли не половину всей полярной территории, вкрай огорчив Канаду, США и Данию, которая со своей Гренландией осталась на бобах. Россияне опустили на полюс свой державный флаг с подводного аппарата и тем самым утерли нос всем недовольным. Мол, кто не успел, тот опоздал.
Нечто подобное теперь наблюдается и в отношении Антарктиды. Уже сегодня США, Чили и Австралия выдвигают претензии на тамошние земли. Зеленый континент вообще претендует на 42% континента Белого. Понятное дело, всех раззадорили полезные ископаемые, которые хранятся под чистейшими на планете ледниками. Все эти опасные потуги уже окрестили «золотой лихорадкой XXI века».
Еще в 1956 году, когда началось активное научное исследование Антарктиды и стали одна за другой появляться научные станции разных стран, все озаботились судьбой природной лаборатории. В 1959 году был принят Международный договор об Антарктиде, который дополнили уже в 1991 году Мадридским протоколом об охране окружающей среды. Эти документы запрещают любую добычу полезных ископаемых. А по оценкам все тех же ученых, в подземных кладовых Антарктики добра разного – просто немерено. Только запасов нефти и газа соответственно 6,5 млрд тонн и 4 трлн кубометров. А на шельфе углеводородов хранится больше, чем на всем Аравийском полуострове. Кроме этого фантастического богатства есть также залежи серебра, урана и железной руды. И если это алчному человечеству пока недоступно, то окружающие биоресурсы добываются по полной программе. Это касается прежде всего антарктического криля и отдельных видов рыб, мясо которых с энтузиазмом используют в пищевой, фармацевтической и косметической отраслях производства. Только в США и странах Европы зарегистрировано более 150 заявок на патенты в этой сфере: в Испании хотят лечить кожные заболевания и продлить срок хранения трансплантированных тканей с помощью гликопротеина, получаемого из антарктических рыб; в Германии – производить экстракт из антарктических водорослей для нужд косметологии. Мясо криля широко используется в производстве диетических добавок, так как содержит кислоты «омега-3», которые эффективнее рыбьего жира при восстановлении жизнедеятельности сердечно-сосудистой системы человека.
Но самой настоящей угрозой для Антарктиды стал туризм и фиктивные научные исследования. Кроме четырех тысяч полярников, обитающих на 50 научных станциях из 20 стран, ежегодно на «ледовый континент» прибывает почти 40 тысяч туристов. Они завозят, никого не предупреждая, европейскую растительность, которая вытесняет местные мхи и лишайники, грызунов и даже котов, которые разоряют арктические птичьи колонии. А химические элементы из отходов полярных станций легко проникают в организмы местных птиц и рыб, приводя к необратимым последствиям.
Частенько и сами ученые вместе с крупными компаниями выдают за свои исследования безоглядное использование биоресурсов. Например, под видом биохимических изысканий добывают тот же гликопротеин для трансплантаций.
Ежегодно от Антарктиды откалывается все больше и больше огромных айсбергов, увеличивая уровень воды в океане и сокращая площадь материка, а вместе с этим – и жизненное пространство для обитателей побережья. После запрета вылова криля в Северном полушарии внимание компаний по вылову этого ценнейшего запаса Мирового океана привлек криль антарктический, который является основой питания синих китов, чернобровых альбатросов, тюленей и пингвинов. Они вообще оказались на грани вымирания.
Так что вполне может случиться, что наши правнуки будут иметь представление об этих степенных обитателях Антарктики в черных «фраках» и белоснежных «манишках» лишь по документальным старым кинолентам и мультфильмам.
Николай СИРЯК, «РК».