С горящим воспаленным взглядом они внушают сыну или дочери: «Не поступишь – одна тебе дорога на социальное дно, коровам хвосты крутить». Действительно ли получение заветных «корок» – залог благополучной карьеры и сытой жизни? Почему новшества нынешней вступительной кампании обсуждались в СМИ целый год, словно в стране не было более важных проблем? Нужна ли Украине такая безбрежная массовость в подготовке экономистов, журналистов и юристов? Об этом и многом другом беседуем с председателем Постоянной комиссии Верховной Рады АРК по науке и образованию Анатолием Жилиным.
– Анатолий Алексеевич, вы знаете ответ на вопрос, почему из полумиллиона выпускников общеобразовательных школ 425 тысяч поступают в вузы? Кто же будет сеять, печь хлеб, убирать дворы?
– Я согласен с вами в том смысле, что идет определенная мифологизация жизни. Старшее поколение хочет защитить младшее, укрыть от житейских бурь, поэтому выстраивает вертикаль школа – вуз – престижная должность. С другой стороны, никто не дает детям иные ориентиры. К примеру, я в свое время окончил симферопольскую школу № 40 с математическим уклоном. Однако на уроках труда нас водили на мебельную фабрику, и я получил специальность столяра-краснодеревщика. Моя жена в старших классах проходила практику на молокозаводе. То есть перед глазами у нас был пример – можно жить и так, быть уважаемыми, почтенными людьми. Сейчас этого нет. Вы упомянули о мифах новейшей истории Украины, но до сих пор живут мифы СССР. К примеру, ПТУ у обывателя ассоциировались с неблагополучными подростками. В наши дни ПТУ превратились в высшие технические училища с отличной базой. Да и хороший плиточник, столяр, плотник, парикмахер нарасхват, каждый имеет возможность зарабатывать приличные деньги. Увы, все хотят учиться в институте.
– Удивительно, что государство не регулирует этот процесс. Казалось бы, Министерство труда и социальной политики Украины и Министерство образования и науки Украины должны посчитать, сколько нам нужно банкиров, переводчиков, журналистов, дипломатов, а сколько – токарей, маляров, поваров, и открыть именно такое количество мест в учебных заведениях.
– Сегодня, к сожалению, Министерство образования и науки Украины в большей степени обеспокоено, как окончательно украинизировать Крым. Возвращаясь к затронутой вами теме массовости высшего образования, хотел обратить внимание читателей на такой аспект. Мы живем в рыночной системе. Спрос на диплом породил предложение. Когда я поступал в институт, в Крыму было всего четыре вуза: педагогический, сельскохозяйственный, медицинский и приборостроительный. Сейчас – 103! Из них только 55 получили соответствующую аккредитацию, остальные работают нелегально. За цифрами кроются тревожные тенденции. Вы, вероятно, обратили внимание, что с переходом на независимое внешнее тестирование и конкурс сертификатов при поступлении в вуз выпускники стали подавать документы на 5-10 разных факультетов. Причем я бы понял, если бы это был филологический и факультет иностранных языков. Или юридический и исторический. Но как можно одновременно штурмовать математический и факультет журналистики? Или медицинский университет и Институт искусств? Прихожу к выводу, что человек получит специальность не в соответствии со своими желаниями и умениями, а по жребию. И, заметьте, за бюджетные деньги. Там, где мог учиться талантливый и любящий будущую профессию студент, усядется студент случайный. Устроенная с благословения министра Ивана Вакарчука нынешняя «большая лотерея» обернется серьезными проблемами завтра.
– Мы как-то незаметно перешли к обсуждению новых правил приема вступительных документов в вузы. Как вы оцениваете систему независимого внешнего тестирования? Чего в ней больше, плюсов или минусов?
– К сожалению, в ней слишком много политики. Первые лица государства взяли курс на евроинтеграцию. Именно поэтому так много говорится о присоединении Украины к международным альянсам – Евросоюзу, ВТО, НАТО, а до этого – Болонскому процессу в образовании. Последний, может быть, и хорош, но он не наш. Зачем отказываться от своего в угоду чужому? Поймите, я не против тестирования, но что-то во мне сопротивляется безликим бумагам, на основании которых ректоров обязывают зачислить или не зачислить абитуриента. В каждом вузе есть свои традиции, и во время вступительных экзаменов преподаватели обращают внимание на характер экзаменующегося, его умение логически мыслить, коммуникабельность и так далее. «Мертвый» тест о человеке ничего не расскажет. Более того, он дает шанс банальным зубрилкам, которые ровно подготовлены по всем предметам, но не способны на какой-то прорыв, эксперимент, риск, идею. Недавно посмотрел фильм о гениальном конструкторе Сергее Королеве. Так вот, он тоже мог не поступить в институт, если бы принимающий у него математику профессор не рассмотрел в неприметном пареньке будущего гения. Красноречивый факт.
– Выходит, ради евроинтеграции через колено ломают всю высшую школу?
– Еще раз повторю, надо уважать себя и ценить свое. Государства, присоединившиеся к Болонскому процессу, участвуют в своеобразном рейтинге вузов. Существует список пятисот самых престижных университетов мира. В нем нет ни одного украинского. Разве это не щелчок по носу и не демонстрируемое к нам пренебрежение? Я стараюсь адекватно оценивать Болонскую систему. В ней много верного, прогрессивного. Но она – не панацея. США и богатая Западная Европа имеют самые лучшие университеты и академии, однако испытывают острый дефицит специалистов, способных генерировать идеи. Правда, они могут купить себе «мозги», что и происходит часто и густо. В знаменитой калифорнийской Силиконовой долине собраны талантливые ученые со всего мира, и украинских специалистов там очень много. О чем это говорит? Нам надо не отсекать самородков новой системой тестирования, а выявлять и создавать им комфортные условия для работы на родине. Что еще наводит на мысль о политической составляющей новых правил приема в вузы? Спешка! Дошло до казусов. Никто сегодня не говорит, что тестирование фактически сорвало учебный процесс. Последней четверти в школах не было. И разве не нонсенс сдавать вступительные экзамены раньше выпускных? Естественно дети, получившие результаты тестов и знающие, на что могут претендовать, фактически перестали учиться, а выпускные экзамены превратились в формальность.
– Как вы полагаете, Анатолий Алексеевич, вернутся ли вузы к традиционному набору студентов, или новшество приживется?
– В Государственной Думе Российской Федерации ведутся дебаты об отказе от так называемого единого государственного экзамена (аналог наших тестов). Причины те, о которых мы с вами говорили. Наверное, там заседают не глупые люди и понимают, что ошибки надо исправлять.
– Вы упомянули о казусах. Я приведу еще один пример. Выпускник, набравший высший балл по итогам тестирования, не был принят в Киевский национальный университет им. Т. Шевченко. Вне конкурса зачисляли льготников – медалистов, победителей всеукраинских олимпиад, сирот, инвалидов. И даже им не хватило бюджетных мест. Нужны ли льготы при поступлении в вуз, как вы думаете?
– Я не против льгот, но политика их предоставления должна быть пересмотрена. Если у ребенка погиб на шахте отец, дайте семье достойное денежное содержание, обеспечьте ее материально, а не поощряйте предоставлением университетского бюджетного места. Вдруг у него нет склонности к учебе? Соблазн же переехать в Киев и стать студентом престижного вуза велик настолько, что трудно от него отказаться. Хотя, с другой стороны, льготы – палка о двух концах для любой страны. В США, чтобы хорошо жить, знаете, кем лучше родиться? Афроамериканцем, женщиной, инвалидом или представителем сексуального меньшинства. Именно на эти категории распространяется наибольшее количество льгот. А кем не выгодно родиться? Белым мужчиной, здоровым, физически сильным и с традиционной сексуальной ориентацией. Так что делаем выводы. Вы еще один важный вопрос мне не задали...
– Вот вы, чиновники, не преминете отобрать кусок хлеба у журналиста. Какой же, Анатолий Алексеевич?
– По замыслу власть предержащих, тестирование должно было положить конец коррупции в вузах. С самого начала я с иронией относился к этой идее. Уверяю вас, подавляющее большинство преподавателей – честные, преданные делу люди, живущие на скромную зарплату. Я сам до избрания депутатом Верховной Рады АРК работал в вузе и знаю, о чем говорю. Досадно, что огульные обвинения бросают тень на всех. Правда, и громких разоблачительных процессов что-то не видно, хотя есть соответствующие органы контроля. Наверное, в очередной раз гора родила мышь.
Беседовала Ирина ИВАНЧЕНКО.