В течение года СМИ неустанно пишут о проблемах получения высшего образования в Украине. Складывается ощущение, что страна не сеет, не пашет, не строит, а совершает очередной великий прорыв в битве за заветные дипломные корки. Не представляю, чтобы подобная тема так же активно муссировалась в США или европейских странах. Во-первых, там все давно отлажено и поставлено на поток. Во-вторых, штурм университетов не носит столь массового характера. Человек с дипломом о высшем образовании встречается не так часто.
У нас же в 2008 году общеобразовательные школы окончили около полумиллиона выпускников. 425 тысяч (более 80 процентов!) поступают в вузы. Причем предметом интересов подавляющего большинства остаются юриспруденция, журналистика и экономика. Почему перекрестный огонь ведется именно в этом направлении?
– Независимое украинское государство еще очень молодо, но уже обросло кое-какими стереотипами, – считает глава Крымского общественного Центра социальных инициатив Андрей Арсеньев. – Добропорядочный отец семейства напутствует оперяющегося отпрыска. Иди, мол, сынок, в юристы, не пропадешь. Посмотри, как судьи и адвокаты в этой стране живут – в роскоши купаются. Если повезет и окажешь в суде услугу состоятельному человеку, на всю жизнь себя обеспечишь. А можно и экономистом. Сиди себе в банке в прохладном кабинете, подсчитывай доходы. Журналистом тоже неплохо. Посмотри, какие деньги они на выборах зарабатывают. Разве не типичная картина? Заметь, никто не хочет «трое суток шагать, трое суток не спать ради нескольких строчек в газете», рассчитывать рентабельность завода железобетонных изделий или защищать попранные права крестьянки, у которой проходимцы отобрали земельный пай. Вектор очерчивается на «легкие деньги». И это говорит об очень тревожной тенденции. Страна превращается в огромный рот, который хочет припасть к кормушке и потреблять. Государство не регулирует рынок труда. На нем царит полный хаос, и в будущем мы пожнем его горькие плоды.
Может быть, прогноз социолога излишне пессимистичен, но доля истины в нем есть. В Таврическом национальном университете им. В. Вернадского практически не было конкурса сертификатов на математический, физический, филологический факультеты, не в чести у абитуриентов биология и химия, инженерные специальности. Да и откуда взяться будущим лобачевским и менделеевым? Какой ажиотаж вызывает появление на публике раскрашенной кудрявой девочки Алины Гроссу, с пятилетнего возраста поющей о разбитом сердце и роковой любви! А в позапрошлом году группа победителей Всеукраинской математической олимпиады должна была поехать на международный конкурс в Аргентину. Так из-за тендерных процедур им не смогли купить билеты на самолет. Родители пятерых оплатили дорогу за свой счет, и трое мальчишек привезли Гран-при, серебряную медаль и специальный приз. Думаете, ведущие вузы страны боролись за право обучать в своих аудиториях талантливых математиков? Как бы не так. Двоих пригласило московское правительство, один уехал продолжать учебу в США.
К слову, в этом году исполнилось сто лет со дня рождения нобелевского лауреата в области физики Льва Ландау. В мемуарах его жены Коры я прочла, в каких условиях (несмотря на послевоенную разруху) работали и жили физики, как финансировались их лаборатории. Немудрено, что 50-60-е годы прошлого века стали расцветом точных и естественных наук, который завершился созданием водородной бомбы, полетом человека в космос, рядом серьезнейших открытий. Увы, украинской фундаментальной науке впору кричать «SOS!», так плачевно ее положение. А на рынок труда продолжают поступать новые партии экономистов-журналистов-юристов.
Центр Андрея Арсеньева проводил соцопрос среди выпускников крымских общеобразовательных школ. Результаты заставляют задуматься. Почти 70 процентов юношей и девушек к одиннадцатому классу так и не определились с выбором профессии. Не удивительно, что сертификаты они подавали одновременно в 5-10 вузов, причем как на гуманитарные, так и на точные факультеты. «Руководящей и направляющей» силой этого процесса были они же, родители. Искренне желая чаду добра, шептали в ухо: «Деточка, да поступи куда-нибудь, получи диплом, а потом разберешься, кем и где работать. Жизнь мудра, все поставит на свои места». Через пять лет в школьные классы придут ненавидящие профессию учителя, во врачебные кабинеты – доктора, в проектные институты – горе-архитекторы. Заложена мина медленного действия, потому что работать через силу все равно что жить с нелюбимыми мужем или женой.
Впервые «обкатываемые» правила приема вступительных документов, по задумке отцов-реформаторов, призваны были стереть социальные границы. Министр образования и науки Иван Вакарчук не раз гордо заявлял, что отныне ребенок из самой глухой украинской деревни может подавать документы в самый престижный столичный вуз. Так и произошло. Киев в нынешнюю абитуриентскую пору принял неслыханное количество приезжих. Но… На пути у потенциальных украинских ломоносовых плотной стеной встали льготники. Из 600 тысяч открытых для абитуриентов мест только 145 тысяч являются бюджетными. За них и развернулась драматичная борьба. Однако твердо взявшая курс на президентские выборы хозяйка известного здания на улице Грушевского популистскими постановлениями и решениями обласкала такое количество льготников, что впору устраивать конкурс исключительно среди них. Дошло до казуистики. На один из факультетов Киевского национального университета им. Т. Шевченко на 50 мест было подано более ста заявлений обладателями золотых и серебряных медалей. Именно по этой причине выпускника, набравшего во время тестирования максимальную сумму баллов, в университет не приняли. В новостийном телерепортаже показали его растерянную мать, которая в недоумении разводила руками:
– Оказывается, чтобы мой ребенок попал в престижный вуз, я должна была не воспитывать его умным, добрым, справедливым, не нанимать репетиторов, не отдавать в музыкальную школу, не возить в Европу, а бросить под забором. Тогда он получил бы статус сироты, и его приняли бы вне конкурса. Есть еще один вариант для родителей – устроиться на шахту им. Засядько и погибнуть во время взрыва. Дети погибших шахтеров тоже зачисляются вне конкурса. Но так ведь можно дойти до абсурда.
Председатель Постоянной комиссии Верховной Рады АРК по науке и образованию Анатолий Жилин мнение об абсурде разделяет.
– Я не против льгот, – поясняет он. – Но в массовом внеконкурсном зачислении льготников должна быть система. Пока же действительно мы наблюдаем случаи, когда у абитуриентов, имеющих самый высокий балл, нет возможности поступить на основании конкурса сертификатов независимого оценивания. На мой взгляд, политика предоставления льгот в сфере образования должна быть пересмотрена. За образец можно взять практику развитых стран мира, где помощь оказывается в виде грантов и денежных выплат, а не бюджетных мест.
Ректоры ведущих крымских вузов обещают завершить процедуру зачисления до 5 августа. С плюсами, минусами, разочарованиями и явными прорывами вступительная кампания состоялась. Если вы не стали студентом, не заламывайте в отчаянии руки. Жизнь не кончается, и я желаю, чтобы следующая вступительная пора была для вас более удачной.
Ирина ИВАНЧЕНКО.