Правда, полноправным членом ВТО государство станет лишь через месяц, когда Верховная Рада ратифицирует подписанные в Женеве соглашения. Но, согласитесь, 15 лет и 30 дней – величины несопоставимые. Подождем. Потерпим. Совсем чуть-чуть осталось.
Хотя, собственно, нам-то с вами на что надеяться? Во вторник в 17.15 по киевскому времени состоялась торжественная процедура подписания протокола. А в среду утром я торопилась на работу и застала во дворе привычный церемониал. Молочница Лида раскладывала на ящике во дворе творог, молоко в пластиковых бутылках, сметану. Рядом примостилась конкурентка с овощами, а поодаль обустраивала рабочее место бывшая преподавательница вуза Тамара Егоровна, обеспечивающая две расположенные в нашем спальном районе школы сигаретами, жевательной резинкой и семечками. Эту картину наблюдаю последние лет десять, и даже непогода не в состоянии нарушить сложившиеся традиции.
К Лиде тянутся мои соседки, и я по выходным тоже отовариваюсь у нее. Нас роднит общий резон. На рынке килограмм творога стоит 20 гривен, у Лиды – 17, молоко – 5 гривен литр, Лида уступает за 4, сметана – 30 гривен, Лида отдает литровую банку за 25. Набегает 9 гривен экономии. Для живущих в нашем доме пенсионерок – солидные деньги.
Далее мой путь лежит через Куйбышевский рынок. Если торговую площадь не обходит наряд доблестной милиции, из подземного перехода рабочие и служащие попадают в живой коридор. Все на тех же ящиках, в картонных коробках или просто на асфальте лежат краснобокие яблоки, маринованные огурцы-помидоры, молочные продукты, зелень, квашеная капуста в банках, и все припорошивается свежей утренней пылью. Все немного дешевле, чем в магазинах. И народ по дороге к фабрикам-заводам-учреждениям сметает привезенную крестьянами из близлежащих деревень снедь.
Конечно, заведующая лабораторией Куйбышевского рынка Елена Снегур хватается за голову, когда я честно признаюсь, что покупаю не прошедшие через ее службу творог, молоко и картошку. Но, с другой стороны, частенько вижу в гуще стихийной торговли очень известную функционершу, многие годы проработавшую в системе санитарно-эпидемиологического надзора. Вместе мы участвовали в рейдах. Вместе в телепрограммах стращали обывателя угрозой сальмонеллеза, ботулизма и прочими напастями. И так же дружно пополняем запасы продуктов Бог знает у кого, в эпицентре антисанитарии. Если бы генеральный директор ВТО Паскаль Лами прошелся по Симферополю, увидел, как в центре города, аккурат под открывшимся недавно фешенебельным торгово-развлекательным центром, хмурые женщины в несвежей одежде продают овощи, вяленую тарань, хлеб, кровяную колбасу, апельсины, чеснок, пучки свежей редиски, а служащие торопливо метут товар, сохранил бы он вежливую резиновую улыбку и дипломатичное гостеприимство? Впрочем, направь он стопы в любой супермаркет, там тоже нашел бы повод для вопросов. Кому из нас не попадались просроченный йогурт, примороженные манго, подгнивший виноград, колбаса с пятнами плесени?
Я понимаю, что мой взгляд несколько примитивен. Специалисты говорят сегодня высоким штилем. Мол, Киев «введет процедуру получения лицензий на импорт согласно с нормами ВТО, в части антидемпинговых обязательств и гарантий внесет изменения в торговое законодательство, чтобы оно было согласовано с нормами ВТО, отменит все субсидии экспорта и импортозамещения». Эксперты прогнозируют рост импорта и ВВП. Меня высокий штиль как-то мало обнадеживает. К примеру, в подписанном в Женеве протоколе записано, что в сфере санитарии и фитосанитарии Киев обязался согласовывать свои действия с международными санитарными и фитосанитарными нормами и определять рамки ответственности наблюдательных и контролирующих органов в данной сфере. Бывала и в Европе, и в США. Знаю абсолютно точно, что в «международные санитарные нормы» не входит стихийная торговля скоропортящимися продуктами с асфальта, и убеждена, что мы можем сто раз вступить в какую угодно мировую организацию, азиатщину это обстоятельство в нас не убьет. Равно как и высший политикум никогда не оторвет себя от бизнеса. В парламент депутаты будут идти не для того, чтобы повысить жизненные стандарты маленького человека, а чтобы распахнуть спасительный зонтик над собственным бизнесом, открывать все новые и новые лазейки для контрабанды, свободных экономических зон, с помощью которых они будут уходить от налогов. А мы? Мы привычно будем ходить между нелегальными торговыми рядами и, экономя нищенскую зарплату, рисковать здоровьем. Согласитесь, к Европе все это не имеет ни малейшего отношения.
Еще один штрих напоследок. Бомжи, обретающиеся у нашей дворовой помойки, регулярно снабжают молочницу Лиду пластиковыми бутылками, извлекаемыми из мусорных контейнеров. Она их даже не споласкивает. По просьбе неприхотливых покупателей разливает молоко из трехлитровых банок в меньшую тару. Но и это обстоятельство не останавливает соотечественников. Похоже, Европа сделала ценное приобретение. А может быть, у нее был иной расчет? Тот, о котором в эти дни наперебой говорят украинские эксперты? Дескать, европейский рынок сельхозтоваров переполнен. И все, что не слишком востребовано, выращено с помощью трансгенных технологий, хлынет в Украину. Вот и в подписанном Виктором Ющенко протоколе значится, что «Украина не будет блокировать импорт мясных продуктов, обработанных гормонами». Единого мнения, сделали ли мы ценное обретение или вновь ступили на путь потерь, у комментаторов нет. Все опять наобум, в надежде на авось, по принципу «поживем – увидим». Поживем ли? Увидим ли?
Ирина Иванченко.