Надо так надо, заплатил. А за саму операцию копейки, как и за послеоперационное обслуживание. Зато на всякие бинты, вату и лекарства, которые кололи по два раза в день, сотни полторы гривен ушло. Лежал я в палате недели три, так что понаслушался от соседей, кто, сколько и за что заплатил. Думаю: е-мое, надо же и мне как-то людей отблагодарить. Но не совать же им гривны несчастные. В общем, при выписке чисто по-мужски вручил хирургу отличный коньяк «Коктебель», а медсестрам-девчушкам из перевязочной – по коробке хороших конфет. На сердце стало легче, вроде как совесть очистилась.
А недавно прочитал занятное по этому поводу. Известный хирург, начальник Главного управления охраны здоровья Киевской облгосадминистрации Игорь Басистюк пишет в одном еженедельнике следующее: «Иногда экономисты от охраны здоровья берутся подсчитать, сколько денег крутится «в тени» украинского здравоохранения. По некоторым оценкам, теневые платежи занимают до двух миллиардов гривен в год! Но при этом сложно разобраться, где взятка, а где гонорар».
И рассуждает: если доктор выдает «липовый» больничный и берет за это деньги – это взятка. Нынче такса за такую «липу» – 40-50 грн. А если врач хорошо сделал свою работу, например, прооперировал пациента, и теперь тот хочет отблагодарить своего спасителя, – полученное следует оценивать как гонорар. В принципе, материальная благодарность за работу криминально наказуема. Но это касается должностных лиц: от заведующего отделением и выше. Если взятку берет рядовой медик – он ни при чем. Поэтому обществу надо понять одну простую истину: врач, работа которого не оплачивается, – угроза для общества.
Специалисты утверждают, что бюджетных денег на всех нас, страждущих и недомогающих, все равно не хватит. Например, если в стране лечить только онкологические заболевания по современным методикам, потребуется весь годовой медицинский бюджет. Вот и получается: если не хочешь неделями торчать в очереди на госпитализацию и умереть раньше, чем твоя злополучная очередь подойдет, – иди в частную клинику. Может, тебе повезет, и тебя даже в госучреждении прооперируют, но нет никакой гарантии, что это сделает хороший специалист. Сегодня в Украине проблема из проблем – очень много плохих хирургов. И частная клиника – тоже не панацея от всех болезней. Собственник больницы заинтересован в том, чтобы операции стоили дороже. Например, чтобы сэкономить, может пригласить того же хирурга невысокой квалификации. Не умеющий оперировать на работающем сердце останавливает его и применяет аппарат искусственного кровообращения, что удорожает операцию в несколько десятков раз.
Отсюда и растут наши проблемы. Консультация в платной клинике может стоить от 100 до 1200 гривен, визит к врачу – 50-100 грн. Операция ребенку по пересадке стволовых клеток – 24 тысячи долларов, по удалению раковой опухоли –
5 тысяч тех же долларов. Где взять такие деньги абсолютному большинству простых граждан? Разве что продать последнее – квартиру, и то если она есть и приватизирована к тому же.
В Институте сердечно-сосудистой хирургии им. Н.М.Амосова аортокоронарное шунтирование при ишемической болезни сердца стоит всего-навсего от двух до четырех тысяч гривен, а в Евпатории такая операция обойдется в 70-120 тыс. евро. Имея в наличии хирургов высокой квалификации, но абсолютно нищих пациентов, здешние медики перешли на удешевление технологий. Но такой уникальный институт у нас один на всю страну, а страдальцев от сердечных заболеваний – пропасть.
Почему же такие разные цены у нас на операции? Неужели это вина только «стихийного» рынка, разгулявшегося и в системе здравоохранения? Не совсем так, считает генеральный директор одной из клиник Алексей Бабич. Цены на операции формируются достаточно просто. Каждый врач знает себе цену. Он видит, что происходит вокруг, «мониторит рынок» и, разумеется, как и все, тоже хочет иметь квартиру, машину и образованного ребенка. Соответственно его потребностям и формируется цена. И, конечно, врач обращает внимание на достаток пациента.
Рассказывают, что в Германии хирург с гордостью показывает всем конверт с деньгами, врученный пациентом. Такая благодарность для немецкого врача – большая честь. Ведь работодатель и так платит хирургу за труд. В Украине же врач высшей категории получает официально порядка 1000 грн. в месяц. Но, оказывается, есть и такие виды операций, которые по государственному прейскуранту оценивают в две гривны с копейками!
Недавно жэковский сантехник мне дома водопровод из пластиковых труб к общедомовой системе подключал. Пять долларов взял за пятиминутную работу и за то, что два раза в подвал сбегал: закрыл, а потом открыл кран для подачи воды на весь подъезд...
И последнее. В мире об ответственности врачей принято говорить, называя конкретные суммы. Например, если в США хирург при удалении щитовидной железы перерезал гортанный нерв, компенсация может составлять миллион долларов. В Украине врачебные ошибки случаются очень часто, но за них никто не платит. Очень жаль.
Николай Сиряк, «РК».